annyloveSS писал(а): 04 июн 2024 17:30
marali писал(а): 04 июн 2024 13:12
Что было бы с Фернаном, откажи ему Мерседес твердо и на всю жизнь, мы тоже не знаем.
Вообще-то, та парочка остановила его когда он опрометью убежал из дома, после того, как она его заставила пожать руку сопернику. И они ему дали понять, что остановили его и позвали к себе потому что у него был такой вид, что они боялись, как бы он в отчаянии не кинулся в море. То есть как бы выставили себя его спасителями. Ну а уж дальше - работа опытного манипулятора...
Вообще-то, Эдмон Дантес был капитаном "Фараона". А Фернан вскоре ушел на войну. В смысле я не поняла, зачем вы все это написали и что хотели этим сказать.
А [Слово запрещено роскомнадзором] в момент, когда вся жизнь рухнула от сделанного им когда-то зла, это не "жить-без-Мерседес-не-могу", это отчаяние и вина.
Как раз нет. Он не признавал вины, когда его публично обвинила Гайде. Он был твёрдо намерен сразиться с Монте-Кристо на дуэли, пока тот ему не сказал, кто он такой. Но даже и это его не сломало. Сломал только её уход.
Анни, вам знакомо выражение "последняя капля"? Так вот, исходя из подобной формальной логики, эту самую каплю можно смело именовать "только" тем, что ломает человека, а то, что эта капля унесла - именно вот тем самым, без чего человек жить не может. А все предыдущее, что сыпалось и сыпалось, проигнорировать. До того же чего-то там делал, не ломался...
Так вот, на Фернана, как и на всех выбранных Дантесом для мести, тоже сыпалось и сыпалось. Да, Фернан не признал вины перед Гайде. А перед "воскресшим" Дантесом признал - потому и сбежал от него вместо дуэли. И к дому подъехал
уже будучи в состоянии отчаяния, см. книгу. В отчаянии же человека может толкнуть на [Слово запрещено роскомнадзором] даже не очень сильный удар. В данном же случае очередной удар - "
одновременно покинули жена и сын" - был не просто сильным, а самым сильным из всех, на Фернана в те дни обрушившихся, и окончательных крахом всего, что он создавал в жизни. Так что вина и отчаяние усугубились многократно - до [Слово запрещено роскомнадзором]. Но то, что Фернан не мог жить без Мерседес, из этой истории никак не следует.
Во-вторых, как мы вам не раз говорили, ни слова на тему "жить без тебя ни могу", ни [Слово запрещено роскомнадзором] вовсе не являются показателем силы любви. Настоящий показатель один - "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих". Жертва ради блага другого.
А что за силу любви выдается [Слово запрещено роскомнадзором], на которое может толкнуть много чего - саможаление, слабая воля, отчаяние или депрессия, момент слабости, с которым сам не справился, и рядом не оказалось никого, кто бы помешал; иллюзия, что дальше не может быть ничего хорошего, нежелание перетерпеть нынешнюю боль, и так далее - это роковая человеческая ошибка, погубившая немало жизней и судеб. Увы.
Так я и не говорила, что любовь тех, кого тут обсуждали, (Фернана в частности) - является жертвенной. Но, а, например, у его соперника (если не считать одного порыва - точнее попытки порыва даже) - жертвенная любовь? Да как бы нет... У соперника Гордона из Фрая она - жертвенная? Тоже нет. Взаимная - повезло, да.
Да, у Эдмона Дантеса была обычная влюбленность, без жертвенности (про второго не знаю, не читала, что вы имеете в виду под попыткой порыва, не поняла, не суть). Но если отсутствие и жертвенности ради блага другого, и готовности причинить другому горе, чтобы обладать им, можно считать нулем, то вот эта готовность причинить другому горе - уже величина отрицательная. Вот Фернана мы с самого начала видим "ниже нуля" с его мыслями на тему "убью-зарэжу",
в противоположном от настоящей любви позиции. Выше он не поднялся.
Но вот исходя из совершенного обоими потом, в том числе по отношению к абсолютно непричастным к их трагедии людям, я лично слабо верю, что поменяйся они местами - те бы молча смирились и отступили. Будь это так - никогда никакие потери, страдания и несправедливости не превратили бы их в то жуткое, чем они стали.
А вот это неправда - про "никогда никакие". У большинства людей есть предел, за которым они могут сломаться, ожесточиться, превратиться в жуткое и т.д. Но это не означает, что они неспособны на достойные поступки до этого предела - особенно на те, что, в общем-то обычны для человеческой морали.
И даже если Дантес поступил бы так же - от этого дела Фернана стали бы достойнее, слова правдивее, а страсть перешла бы в любовь? Нигде, ничуть и ни разу.