Игра (экшн, ужасы, R)

[Remus J. Lupin]

Я опять в восторге...

Ловец, иногда мне кажется, что тёмный лорд в твоём фике очень похож на тебя самого. У вас обоих такая дьявольская фантазия))

[Freezing Spell]

Ловец Снов, ну ты и злодей . Натравливать кровожадных монстров - ещё куда ни шло, но вот не давать спать - это уж слишком Впрочем, это ещё не самое страшное. Вот напоить пивом и не давать отлить - это подлинное изуверство.
В эпизоде с пенсионером-торчком чувствуется глубокое знание ганджубасной тематики, хвалю.
А эта девчушка, которая с аврором, похоже, вражеский агент. Им отдыхать надо, а она его... эээ... напрягает. Какой же он после этого боец?

Ну и, как всегда, порция ошибок:
гл.12
*воздел к верху руки и толпа Пожирателей Смерти
*волна тошноты и если бы в его
*Гарри потеснился и Чарли плюхнулся
*Ты Гарри Поттер и я знаю про тебя все
*серебряный портсигар и Пожиратель смерти
везде запятые перед "и"

*а так же на входе в бараки
*а так же идеями о побеге
"также"

*продолжа вещать
"продолжая", наверно?
*почти не помню где именно
перед "где" запятая
*Из за пазухи
"из-за"
*по началу будет много слюны
"поначалу"
*все равно что золотой самородок, валяющийся на алмазных россыпях
вот этот момент я не просёк.

гл.13
*заговорщески
заговорщически
*Треск веток и к монстру присоединилось еще пятеро
*Сейчас ровно час дня и второе испытание началось!
перед "и" запятая

[Sophie Fatale]

Ловец снов, зашла посмотреть чем так восхищается народ.Хотя на самом деле этот фик мне посоветовала Билл)дошла пока до 8 главы и мне очень нравится)надеюсь,потом не разочаруюсь. удачи в дальнейшем тврочестве;)

[Ловец снов]

Друзья, простите, что так долго отсутствовал - болел.
charibdis, будет продолжение, будет скоро.))
Remus J. Lupin, нет, на меня лорд не похож совсем. Разве что дъвольской фантазией, не больше.
Freezing Spell, ты сам садист похлеще меня. Бр-р-р...)) Еще скажи - кормить селедкой и не давать потом ни воды, ни пива.)))
Знание любой темы полезно для писателя.))
А девчушка хочет Крэга погубить-замочить-удушить. И съесть потом.=)
Спасибо огромное за найденные ляпы, исправлю.
Софи Фаталь, благодарю и тоже надеюсь, что потом не разочаруешься.
Bill,
Люди, не бейте, вчера на меня накатило и я вот уже второй день как одержимый пишу один жутко злобный рассказ. Как допишу (а будет это совсем скоро) - вернусь снова к Игре.

[Ловец снов]

Bill, ладно, муза все равно покинула что-то, возвращаюсь к главе номер 14, она все равно маленькая. А предупреждение за дело.))
Black Raven, пасиба пасиба

[Freezing Spell]

а у тебя вообще сколько уже написано на данный момент? есть ещё запас старого, или ты уже по новой пишешь?

[Ловец снов]

Bill, не убивай, пощади. Сделаю все, что попросишь.)) А чего обижаться на предупреждения? Не постаравшись очень сильно его никак не получишь, так что оно сюрпризом для меня, к примеру, не стало. Дело рук наших.))
Freezing Spell, запас старого и не думал заканчиваться, 94 страницы 12-м шрифтом ждут моей правки.))

[Freezing Spell]

ну ты гигант 8-0
Похоже, всем придется пройти Игру до конца. А я-то уж надеялся на чудесное появление Дамба во главе кучи авроров, которые всех спасут...

[Sophie Fatale]

Билл, а я?))у меня нет)хотя мне кажется что эт временно.

[Yumiko Tagaki]

Ловец, продолжение напиши - вот что, тогда и помилую. А иначе убью таким извращенческим спосоом, что Игре и не снилось:)
Соф, вот видишь... я тоже хАчу предупреждение (модеры могут проигнорировать мое последнее заявление:))

[Ловец снов]

Freezing Spell, Игра будет пройдена до конца.
Bill, вот оно – отредактированное продолжение. На счет извращенных способов – учту.



Глава 14. Второе испытание, время пошло. История Стена Брайдера.

Солнце слегка припекало затылок, легкий ветерок пробирался за ворот, было тихо. Все чувствовали себя бодро и свежо, никто не пел, не визжал. Только приглушенные переговоры - не столько для того, чтобы не уснуть, сколько просто от скуки. Пожиратели, курирующие пространство между рядами, вяло водили глазами из стороны в сторону. У них не было работы. Пока.
Тем временем Ведущий и еще несколько Пожирателей, среди которых Гарри Поттер узнал Малфоя и Макнейра, сооружали с помощью волшебных палочек что-то вроде летающих палаток. Должно быть, армии Темного Лорда не улыбалось провести ближайшие сутки верхом на метлах. В двух уже разместилось несколько человек, третья и четвертая были пока не заселены, Ведущий и его помощники работали над пятой. Внизу, на поляне, можно было разглядеть не больше шести тварей. Остальные куда-то разбрелись. Возможно, прятались от палящих лучей солнца под сенью леса, но в том, что они никуда не делись, сомнений не было. Ни у кого.

- Что бы ты сделала, если бы выиграла двадцать миллионов галлеонов? - задал очередной бессмысленный вопрос Стенли. Он умирал от тоски, поэтому старался хоть как-то развлечься.
- Понятия не имею, - бесцветно ответила Дайана. Безделье еще больше утомляло, от него еще сильнее хотелось вздремнуть. Оно заставляло сонно зевать, от чего сердце ёкало в груди, а в мозгу тренькали настойчивой морзянкой протяжные сигналы: «Нельзя зевать! Зев – первый признак. Зев – первый признак».
- Ну, что-то же ты должна придумать? - не унимался Стенли. - Неужели нет никаких пожеланий?
- Есть. Хочу, что бы все это кончилось.
Ее взгляд помрачнел, а вместе с ней и его тоже. Все мысли сводились к одному. Игра. Единственная мечта обуревала любого, единственная и бесценная. Выбраться поскорее.
- Ладно. Сменим тему, - не унывал парень, - Перейдем на что-нибудь веселенькое. Сейчас анекдот вспомню. Дай-ка подумать.
Он наморщил лоб, подперев подбородок кулаком.
- Не мучайся, - прервала его размышления спутница, - я что-то не очень настроена смеяться. Да и вряд ли это получится.
- Однажды я сорвался с крыши дома и сломал себе обе ноги, - вдруг начал Стенли и девушка удивленно вскинула брови. На анекдот совсем не походило. Тот не обратил на нее ни малейшего внимания. Уставившись куда-то в пространство, напарник мерно покачивал босыми пятками, болтавшимися над пропастью. Ботинки и носки он снял и зашвырнул подальше, ибо не видел в них смысла, а кожа, как он сам выразился, должна дышать.
- Я был совсем маленьким, лет семи или восьми от роду. Это случилось летом, когда я гостил у моей бабушки. Все ее звали Джул, даже мама. По-моему, сама бабушка забыла свое настоящее имя, ибо с того момента, когда ей его дали, прошел 101 год. Но я называл ее исключительно «Ба». А она меня нарекла разбойником за извечную непоседливость и жажду к интригам. Я очень часто навещал Ба, а будь моя воля, переехал бы жить насовсем. Очень любил я тепло ее дома, вечера на крыльце, бабушкину выпечку. Моя Ба вообще в этом деле большой дока, лучше ее пирогов с капустой я никогда и нигде не ел. Но больше всего я обожал крышу бабушкиного домика. Эта была прекрасная крыша, ровная, двухскатная, уложенная пурпурной черепицей. Но самым главным ее достоинством являлась широкая, плоская кирпичная дымоходная труба. Приятнее всего было облокотиться о ее теплую поверхность и любоваться закатом, не спеша пожевывая что-то вкусненькое. Я всегда прихватывал какую-нибудь снедь с собой, когда лез наверх. В основном это была бабушкина сдоба, иногда еще сыр, который я могу поглощать в немереных количествах, или что придется. На сыре я помешан, откровенно говоря. Пару раз пробовал даже «Пармезан» и «Бофор». А вот «Грюйер» отведать не удалось.
- Еще успеешь, - заверила Стена партнерша, и тот благодарно улыбнулся ей.
- Бабушка жила за городом в маленьком селении, насчитывавшем не больше шести семей. Я любил эту глушь за ее уединенность и покой. Нет вокруг пыльного шума города, нет глупых людей, будь то магглы или волшебники, нет напряжения и незримого, но вполне ощутимого гнета. Только я, небо и заходящее солнце. Теплая труба под спиной и кусок сладкой булки за щекой.
На лице Стена появилось мечтательное выражение. Дайана сидела и слушала, не перебивая. Мимо проплыл один из Пожирателей Смерти, худой и злобный. Из под массивных надбровных дуг выпуклые глазные яблоки напряженно вертелись в глазницах, выискивая нарушителей. Он бросил на команду номер 13 быстрый взгляд и коварно усмехнулся. В усмешке этой сквозило презрительной фанаберией. «Скоро вам будет не до приятных бесед, скоро будет не до болтовни. Скоро все круто изменится. Скоро вам будет не до этих чертовых разговорчиков!»
- Однажды я, как и обычно, забрался наверх по приставной лестнице и устроился у трубы, едва не мурлыкая от удовольствия. Денек выдался еще тот, жаркий, как чрево ада, но теперь он стремительно умирал, затухал, как спичка, догоревшая дотла. Солнце медленно пряталось за горизонт, окрашивая кромку красно-золотым, воздух не был насыщен теплом, как прежде, он свежел в преддверии наступающих сумерек. Я молча созерцал развернувшуюся передо мной панораму, уплетая жаренные в масле пирожки с картошкой, которые Ба приготовила утром, и думал. О всякой разной ерунде, уже не помню о чем именно. Но прекрасно помню кое-что другое. То чувство, оно вдруг отхватило меня целиком, внезапно и крепко. Огромное, всепоглощающее и беспричинное счастье. Как если бы я неожиданно выиграл миллион галлеонов в викторине «Магический Шар» и передо мной внезапно открылись бы невообразимые возможности. Не знаю, откуда оно взялось и почему, но одно оставалось неизменным – мне захотелось встать и пойти. Никуда и ни зачем, просто шагать, пританцовывая, и напевать одну из тех глупых мелодий, что можно слышать на Волне Волшебного РадиоВещания. Ба всегда тащилась от Селестины Уорбек, ее частенько крутят по ВВРВ и из-за этой бабушкиной прихоти я знал кучу песен наизусть. Например, незабвенный шлягер «Вырви и Порви», ох, та еще была музычка!
Стен с задором хлопнул ладонью по сиденью скамейки и Дайана, не удержавшись, хихикнула. Невинный жест напарника почему-то очень позабавил ее.
- Я выпрямился в полный рост и побрел по скосу крыши, с трудом сохраняя равновесие. Достигнув края, развернулся и направился в обратный путь, держа руки врозь для лучшего баланса. Пирожки были благополучно забыты и сиротливо валялись подле трубы. Так я и ходил туда-сюда, вслушиваясь в тонкие звуки струн души. В тот момент я был дома, понимаешь? Я был у своих. Мне не нужен был Эверест, моя крыша мира обреталась здесь, подо мной, в каждой черепице бабушкиной кровли. Я был у своих.
Стен притих. Казалось, на этом рассказ окончен, но через несколько секунд задумчивого молчания он продолжил.
- И вот, в очередной раз миновав середину, я поскользнулся. Возможно, наступил на кусок влажного мха или ветку. Это совсем неважно. Главное, что я упал, покатился по скосу и рухнул вниз, приземлившись на обе ноги. И обе сломал.
На лице Стена по-прежнему блуждала блаженная улыбка, он неотрывно следил за пятнышками теней, которые отбрасывали на поляну парящие жердочки с участниками на борту. Солнце застряло в зените и Стенли, похоже, пребывал в том же состоянии, что и тогда на крыше. Дайане на один безумный миг почудилось, что сейчас он встанет и примется мерить шагами скамейку. Вперед и назад, вперед и назад. А потом оступится и...
Неподалеку Ведущий и его подчиненные закончили работу над возведением летающих палаток. Теперь их было ровно двенадцать. Многие из Пожирателей расквартировались внутри, Темный Лорд занял самую большую и пеструю. Вместе с ним был тот черноволосый парень, Гарри Поттер.
- Основной удар приняли на себя голеностопы, они и не выдержали. Мама очень ругалась. Бабушка плакала и все время повторяла, что она виновата.
- Я знала, что это твое занятие не безопасное! - Причитала она, накладывая с помощью волшебной палочки целительные чары на мою левую ногу. Мама трудилась над правой. - Ведь знала, знала!
Я хотел что-то возразить, но из груди вырвался лишь стон. Было очень больно.
- И что за дурацкие выдумки? - Строго молвила мама. Суровость придавала ей особую прелесть, на щеках выступал легкий румянец, и я не раз отмечал про себя, что не будь она моей мамой – я охотно женился бы на ней.
- В жизни больше такого не позволю! - Продолжала Ба. - Уберу к чертям эту дьявольскую лестницу! Чтобы больше я тебя на крыше не видела, слышишь? Тебе теперь дорога туда заказана!
Вот тут я не мог стерпеть. Переборол боль и запротестовал.
- Это вышло случайно! Такого больше не повторится! Клянусь! Честность капитана Джона Сквайера и его болотного Мирзивука!
Это был лозунг героя комиксов в то время очень популярных. Знаешь, капитан Скайер всегда говорил, что честность – основа основ и именно с помощью нее он побеждает мерзких монстров, стремящихся заполучить мир. А на последней странице каждого выпуска Мирзивук, брызжа слюной, передавал всем «Сопвивый пвивет!».
Но бабушка оставалась неумолима и в ту минуту я ненавидел ее за это.
- Случившись единожды, случится и снова! - Отрезала она. - Нет, нет и еще раз нет! И никаких обсуждений на эту тему быть не может!
Я расплакался. Мне следовала рассказать, что значит для меня эта крыша, что чувствую я, находясь там, какие эмоции обуревают меня под аспидным закатом. Но я не сумел. Возможно, мешали слезы, возможно, я просто был слишком мал. Наверное, я был слишком мал. И только горько рыдал, стараясь разжалобить родных, да грозился никогда больше не приехать. Но они оставались непреступными, подобно двум отвесным скалам.
- Мама, - уже практически потеряв надежду, мычал я, всхлипывая, – Ну Ма-а…
- Нет! - Категорично перебила меня мама. – Не желаю ничего знать! Эта крыша опасна. Вот это, - она указала на мои ноги, - прямое тому доказательство.
В ту ночь я не сомкнул глаз. Сломленные кости слегка зудели, но потихоньку заживали и через пару-тройку часов обязаны были полностью срастись. А вот мозг зудел куда сильнее. Я изобретал сотни способов, которые могли бы переубедить маму и бабушку, но ничего не получалось. Так я незаметно для себя уснул, не отыскав ключа от острога, в который заключили мою «крышу мира». А наутро... наутро я снова полез на нее. Было очень рано, все в доме спали. Лестницу еще не убрали, и я, озябнув и ежась, в одной пижаме и босиком, вскарабкался по ней наверх. В голове моей витала одна-единственная мысль, в душе - одно-единственное желание. Доказать. Крыша безопасна. Это роковое недоразумение, я неудачно приземлился. Крыша безопасна.
Стенли умолк и, впервые за все время своего повествования, перевел взгляд на девушку. В глазах читалась печать тоски и печали.
Дайнана выжидающе уставилась на партнера, захваченная рассказом.
- Знаешь, мне до сих пор кажется, что я принял единственное правильное решение. Я ощущал себя орлом, которому подрезали крылья. Этот орел совершил бы что угодно, лишь бы вновь вкусить счастье полета, вновь оказаться в своей стихии. Этот орел бросился бы с утеса, если бы знал наверняка, что [Слово запрещено роскомнадзором] подарит еще пару мгновений свободы.
- И что ты сделал? – выдохнула Дайана.
- Я на присядках подполз к краю крыши, а потом спрыгнул вниз. Видишь ли, я надеялся, что при удачном исходе и отсутствии физических повреждений докажу свою правоту и мама уверует в безобидность крыши. Тебе кажется это глупым, верно? Но я до сих пор не жалею о содеянном. Окажись я теперь в той ситуации, поступил бы точно так же. Ты меня понимаешь?
- Понимаю, - кивнула спутница, - И что стало потом? Мама вернула тебе крышу?
- Нет, - покачал головой Стенли, а затем снова уставился на верхушки деревьев, медленно раскачивающиеся из стороны в сторону, вторя порывам легкого ветра. - Я опять приземлился на обе ноги и обе сломал.
Он не ждал ни какой реакции, ни каких комментариев. Просто воспоминание. Ничего больше.

[Yumiko Tagaki]

Ловец Снов, отлично, значит, с жестоким убиением повременю:)

[Remus J. Lupin]

Выражаю свой бурный восторг этой главой!
Как же я хочу знать что будет дальше и как жалею, что не дочитала фик, когда он был нередактированным и было выложено больше.

[Freezing Spell]

это ж надо такое придумать! Ну и "доказал"! Этот поступок настолько абсурден, что кажется удивительно правдоподобным. И как мило с его стороны начать рассказывать о падениях в такой подходящий момент.

ошибок не заметил, кроме "ни каких" в конце - слитно.

[феникс]

Ув, Ловец Снов (Блин, не люблю формальности). Вообщем очень понравился твой фик. Хотела бы поместить его на hogwardsnet. И спрашиваю разрешения. Моня?

[Ловец снов]

Remus J. Lupin, вообще-то, (по секрету) в Инете можно найти то, что было выложено раньше (там, кажется, почти плоть до конца второго испытания), но я не советую "это" читать - просто коктейль из ошибок, замешанный на корявом языке. Бр-р-р... Лучше дождись нормальной редакции.
Freezing Spell, реальный до обсурдности - мне нравится.)) Рад, что ошибок потихоньку становится меньше. Значит, я нарабатываю технику. Может, из меня выйдет неплохой редактор? Ну или хотя бы бета-ридер.))
феникс, спасибо, рад, что нравится.)) А на хогварцнете Игра уже есть.

[Yumiko Tagaki]

Ремус, не верь ему:) Он все врет. Ошибок там, конечно, много, но читать все равно хорошо:)

[Ловец снов]

Bill, не вру, там правда бяка.))

Злостная история Крэгги-Вегги.

Глава 15. История Крэга Халлероя.

Стрелка на часах Крэга Халлероя показывала без четверти три, солнце все еще стояло высоко, Игра медленно продолжалась. Пожирателей, летающих между шеренгами скамеек, осталось не больше двадцати человек. Они лениво перебирали глазами лица участников, не задерживаясь ни на ком конкретно, и своими сонными рожами лишь портили настрой игроков. Некоторые отправлялись в палатки, а их место занимали другие, более бодрые, но с такими же кислыми физиономиями. Крэг молчал, Кассандра что-то тихо напевала себе под нос. Легкий ветерок, гулявший утром, теперь совсем унялся, и мертвый воздух неспешно баюкал своей неподвижностью. Небо очистилось от облаков и сверкало девственной, нетронутой [слово под вопросом РКН 12/2022].
Крэг не хотел молчать, но челюсти волшебным образом отяжелели и отказывались шевелиться. Язык крепко прилип к небу и тоже оказывался абсолютно бесполезным. К этой компании присоединился и мозг, в котором не теплилось сейчас ни единой живой мысли. Сплошные размышления о том, как бы не уснуть, только усиливали желание провалиться в сладкую негу, и не существующая усталость наваливалась всем своим грузом на упрямые рамена.
- Чертовски скучно, верно? - Голос Кассандры показался неожиданно резким и коробящим. Крэг вышел из не опасной для организма, но вполне грозящей смертью комы, и непроизвольно вздрогнул, с ужасом отметив, что был очень близок. Слишком близок.
- Да, увлекательного мало, - согласился он, решив не позволять себе подобных вольностей впредь. В другой раз можно очнуться уже мертвым, уныло подумал он.
- Может, что-нибудь расскажешь?
- Плохой из меня рассказчик, - смутился Крэг. - Да и что мне рассказывать?
- Ну, неужели за всю твою долгую карьеру аврора не попадались какие-нибудь интересные случаи? - Настояла Кассандра, после чего обезоруживающе улыбнулась, и Крэг почувствовал, что не в силах противиться. О да, на его долю выпадали те еще заварушки. Но все истории оставались одинаково отвратительными и гадкими, все они дружили со смертью, любую из них было больно воскрешать в памяти.
- Попадались, но я полагаю, что они не уместны сейчас, - уклончиво сказал Крэг, не ожидая, впрочем, особых результатов.
- Не важно, - девушка решительно тряхнула головой, - они могут спасти наши жизни, потому как я уже позевываю. Возможно, после этого ты будешь относиться к ним более снисходительно?
- Сомневаюсь. – Крэг замер, устремив остекленевший взгляд в никуда. Кассандра, сообразив, что это значит, примостилась поудобнее.
- Лет девять назад это произошло. Зимой. Очень хорошо помню я ту зиму, чертовски морозную, но бесснежную. Близилось Рождество, но мне и моей команде было не до праздников. И пускай Темный Лорд не обрел тогда прежней силы, да что там, о нем вообще все забыли и в расчет не брали, работенки у нас хватало. Это был обычный вызов, мы к таким привыкли. Наш бравый квартет: Чаки Чейсон, Бобби Кларкинс, Роджер Брэйбер и я. Мы были не просто коллегами по работе - мы были крепкими друзьями.
Чака я знал с детства, с ним вместе я рос, вместе учился, и вот теперь вместе служил на благо министерства и всей Англии. Высокий, стройный, спортивного телосложения, с роскошными волосами цвета спелой пшеницы, девчонки просто писали кипятком, стоило ему только подмигнуть или очаровательно улыбнуться, ослепив рядами своих жемчужных зубов. Его место не среди нас, а на обложке "Ведьмополитена", скажешь ты, но я дружил с Чаком достаточно, поэтому заявляю со всей уверенностью – под личиной красавца скрывался настоящий мужик, не размазня.
С Роджером мы познакомились уже после школы. Здоровый, как лось, с огромными ручищами, способными играючи победить по всем категориям гориллу в соревновании по армрестлингу, приплюснутым носом и добрейшей, наивнейшей натурой. Он, как и мы, собирался взвалить на себя тяжкое бремя блюстителя правопорядка в роли аврора, и я сразу полюбил его. Удивительно ранимый человек. С друзьями он был ласков, безобиден и даже уязвим, что никак не вязалось с его троллеподобной наружностью. С врагами он был беспощаден. За нас стоял горой, готовый разодрать брюхо любому обидчику, любому агрессору. Я был рад, что у меня есть такой друг.
Бобби Кларкинс влился в нашу компанию позже всех. Мы уже два года носили почетное звание авроров, когда в наш отдел перевели его. И назначили в нашу группу, дабы, как выразилось начальство, «матерые обкатали новичка». Приземистый и коренастый, похожий на гнома, но в тоже время невероятно энергичный и подвижный, бойкий и общительный, с неизменной стрижкой «ежиком» - он сразу стал душой компании. По-моему, улыбка не сползала с его лица даже во сне. Боб знал кучу всяких баек, и мы любили послушать его за кружечкой пива в уютном баре старого Эдварда Хоппкинса, куда часто захаживали после работы. Боб тоже стал моим хорошим другом, на которого я мог положиться на все сто.

Крэг умолк, переводя дух. Из палаток Пожирателей доносились веселые разговоры и смех, звон бутылок и журчание разливаемого алкоголя. За соблюдением правил следили теперь только семеро патрульных, еще пятеро возились в стороне, сооружая нечто, похожее на летающую танцплощадку. Ведущего Игры и Гарри Поттера видно не было.
- В тот вечер мы вчетвером в очередной раз засиделись у Эдварда. За окнами завывал ветер, никак не желавший сорвать с неба хоть чуть-чуть снега. Наши кружки заполняло янтарное пиво, накрытое слоем белоснежной пены, на столе покоились еще четыре непочатые бутылки и закуски. Бобби, яростно жестикулирую, вел жаркое повествование об алкоголике и его кошке. Пока пьяный в стельку хозяин пребывал в мире грез, распластавшись на кровати в трусах, та нагадила ему в штаны, валявшиеся на полу. А на следующие утро бедняга, заметив дерьмо, подумал, что под давлением градуса обделался сам и, расплакавшись, порешил завязать со спиртным. Никто из нас не верил Бобби, но настроение неуклонно ползло в гору. Все было просто отлично, до тех пор, пока дверной колокольчик не тренькнул и в бар не ввалился Стюарт Крэндел, младший помощник Брэда Смайли, главы нашего отдела. Одним махом испортил весь вечер.
- Хреновые новости, ребятки, - сообщил он со скорбной миной, присаживаясь рядом. Сожаление Стюарт состроил, как плохой актер, и мне стало противно. Роджер тут же налил ему пива, и тот кивнул в знак благодарности.
- Что стряслось? - Спросил я, понимая, что продолжить нам не удастся.
- Вызов срочный, - отозвался Стюарт и отпил из кружки немного. - Последние три недели из особняка на Эдвар-Роуд раздаются какие-то вопли. Соседи жалуются. Все бы ничего, да только на той улице располагаются апартаменты Кларка Криббла, этого старого брюзги из отдела по незаконному выведению новых парод магических животных. Связался с нашим шефом, они с Брэдом на короткой ноге, ну а тот наехал на меня.
- А ты на нас, - хмуро проворчал Чак.
- Ну, зачем так, Чаки, это ведь ваша работа, верно? Вы на это обучались. Мое дело маленькое – бумажонки разгребать, да командовать передавать, так уж получилось. - Стюарт изобразил виноватую улыбку, но в ней сквозила неприкрытая снисходительность. Извини, приятель, но я выше тебя на ступенечку, а ты мелкая сошка, так что заткнись и выполняй, что велят.
- Вот черт! - Плюнул с досады Роджер. - А соседи сами не в состоянии разузнать, что к чему?
- Видишь ли... там много магглов и они остерегаются этого дома. Чрезвычайно мрачная штука, должен вам доложить, смахивает на Виндзорский замок с призраками и ходячими полуразложившимися зомби – классические страшилки. - Стюарт усмехнулся. - Боятся встретиться с духом покойного Брэндона Эллиота, чертовы сопляки.
- А кто такой Брэндон Эллиот? – Чак равнодушно просунул руку в пачку с чипсами.
- Глава семейства. Он умер месяц назад. Если быть точным, смерть не подтвердилась, числится пропавшим без вести. Следователи маггловской полиции перерыли весь дом в поисках трупа, но ничего не нашли. Он просто испарился, как леприконово золото.
- Как на счет миссис Эллиот?
- Ее могилу уже больше четырех лет можно отыскать на кладбище «Кенсал Грин». Старина Брэндон оставил своих дочерей сиротками. Они теперь и являются единственными и полноправными хозяевами в доме. Младшей, Джессике, только восемь годков, а старшей, Люсинде, почти двадцать три. Так вдвоем и живут.
- На какие шиши? - Удивился Боб.
- На большие. Брэндон Эллиот был чертовски богатым сукиным сыном, на его состояние можно Диснейленд построить.
- Диснейленд? - Не понял Роджер.
- Неважно, - отмахнулся Стюарт. - Считай, что денег у него до хрена, а теперь у них. Правда вот, не знаю, как папаша разделил наследство между дочерьми. Глядишь, скоро будете распутывать убийство одной из сестер. Роковая случайность, малышка Джессика удушилась банным полотенцем, вытираясь в ванной комнате! - Стюарт расхохотался собственной шутке и снова приложился к пиву.
- Хорошо, но причем здесь мы? – По-прежнему недоумевал я. Мне совершенно не понравилась история четы Эллиотов. Крэндел громко рыгнул и утер рукавом влажный от пены рот.
- Их род очень старинный. Все они чистокровные волшебники, сам Брэндон в свое время принадлежал к армии Пожирателей Смерти. Потом, когда деньки Лорда закончились, его оправдал Уизенгамот. Или отмазал, если угодно. Эллиот поведал суду очень слезную и правдивую историю про заклятие подвластия, шантаж и прочую ерунду. Еще дал нужным людям на лапу и оп-ля – он уже чист, как мать Тереза после душа с мылом. Но все знают о его гнилом прошлом, знают так же, что старшая дочь собиралась пойти по стопам отца, посему существуют подозрения, что в особняке свершаются ритуалы черной магии или еще какая дьявольщина. А это уже по вашей части.
Стюарт в два прихода осушил кружку и встал.
- В общем, я вас известил, пора и честь знать. А вы, ребята, давайте не тяните, разберитесь с этим поскорее и завтра поутру доложите. Понимаю, что не вовремя все это, Рождество на носу, но ничем не могу помочь, долг зовет. К тому же, полагаю, лишние галлеоны вам не помешают, верно? - Он бодро подмигнул с видом благодетеля, отстегивающего приличные суммы за сверхурочные из своего кармана просто так, из сострадания, и удалился, оставив нас в немом возмущении уничтожать оставшееся пиво.
- Вот придурок! - Ругнулся Боб, с силой хлопнув ладонью по столу, от чего вся находящаяся на нем стеклянная тара подпрыгнула с коротким «дзеньк!». - Полагаю, лишние галлеоны вам не помешают, - передразнил он Стюарта весьма похоже. – Полагаю, твоей заднице не помешает хороший пинок!
- Ладно, не кипятись, - осадил его я. - Дело не пыльное, всего-то разобраться в дурацких воплях. Раз плюнуть, получим свои денежки и послезавтра преподнесешь жене нормальный подарок, без гадкого осадка по тому поводу, что в заначке осталась пара сиклей.
Все рассмеялись, а затем наполнили кружки и выпили за задницу Стюарта Крэндела.
Спустя час мы прибыли на Эдвар-Роуд. Громада особняка Эллиотов поражала. Он походил на гигантский, гротескный космический корабль в Викторианском стиле, с насаждениями мансард и пристроек, флигелей, объединявшихся в потрясающий ансамбль, с необъятным фронтоном, поле которого украшала скульптура-фонтан – переплетение женских тел, омываемых тонкими струями, извергающимися из под ветвей Личи, нависшей над головами обнаженных дев неровным куполом кроны. Впрочем, от диковинного сооружения веяло заброшенностью, а сухой, цветущий местами камень свидетельствовал о неисправности механизма подачи воды. Боковые фасады дома были облеплены зеленым вьющемся плющом, окна на крыше представляли собой затейливые витражи в холодных тонах, а сама кровля уже давно потеряла тот терракотовый блеск, коим обладала когда-то. Венчал ее золотой флюгер в виде рыцаря на коне, воинственно вытянувшего копье вперед.
- Эй, ты не думаешь, что этот «Борли Ректори» здесь ни к селу, ни к городу? – Чак выразительно поднял брови, и я его вполне понимал. Здания вокруг казались ничтожными, жалкими карликами. Трудно было разобрать, кто лишний – они или Викторианское чудовище, сверлящее нас своими пустыми глазницами.
- Да уж, Букингемский дворец с Рождественским номером «погромыхаем цепями» уже не станет гвоздем программы. – Прокомментировал Боб со свойственным ему юмором. – Ну, а наш приятель Джонни Гвинн может расстрелять себя хоть из пулемета.
- Не заблудится бы там, - согласился я, застегивая куртку. - Ну что, пошли?
Мы приблизились к особняку и я почувствовал себя беззащитным, когда исполинский монстр угрожающе навис надо мной. Роджер взялся за массивный дверной молот и два раза стукнул. Гулкий звук сотряс застенки и я, наконец, обрел ощущение того, что это все-таки жилище волшебников.
Мы ждали не меньше двадцати минут. Потом дверь со скрипом приоткрылась чуть-чуть, удерживаемая хромированной стальной цепочкой.
- Кто вы? - Спросил голос, отдаленно напоминавший чем-то голос молодой девушки. Железные нотки покоробили мой слух, вызвав мимолетную неприязнь.
- Мы из отдела по контролю правопорядка и борьбы с темными...
- Вы авроры? – Перебила собеседница с прежней интонацией.
- Н-да, мэм. У нас есть пара вопросов.
Чак Чейсон показал удостоверение. У меня никак не получалось разобрать лица девушки – щель была слишком мала, а в самом помещении темно.
- Что вам нужно?
- Быть может, вы впустите нас, мэм, если, конечно, не предпочитает разговаривать вот так, - вежливо и напористо сказал Чак. После недолгой паузы дверь захлопнулась, а следом за щелчком отворилась уже на полную. На пороге стояла молодая девушка, худая и неказистая. Она довольно сильно сутулилась, отчего тонкая шея выдавалась вперед, точно у той статуэтки, которая дружелюбно кивает от подзатыльников. Из под завесы длинных, спутанных волос тусклого черного цвета, спадавших на щуплые плечи, топорщились здоровенные и совсем непривлекательные уши в стиле домового эльфа. Тощее, бледное лицо имело весьма болезненный вид. В уголках мясистых губ запеклось что-то белое, а под глазами пролегали тени.
- Люсинда Эллиот?
- Да. Входите.
Меня удивило, что встречала нас сама хозяйка, а не горничная. Подозрительно, когда в таком особняке нет никакой прислуги, верно?
Переступив выцветший коврик с надписью из нарисованных сосулек, гласившей «Счастливого Рождества!», мы погрузились в полумрак. Изнутри дом казался еще большим, чем снаружи, и легкое эхо от наших шагов лишь доказывало это. Запах старой мебели, старых ковров, старого, спертого воздуха, запах забвения и смерти витал везде. А еще какой-то слабый дух гнили и испражнений. Я решил, что это иллюзия, навязанная мистическим антуражем, и не стал обращать внимания.
По широким залам и коридорам нас провели в гостиную. Там мы и устроились поближе к грандиозному камину, в чье чрево с помощью летучего порошка без проблем можно было отправить боевого слона в самое сердце министерства магии, к примеру. Дрова весело потрескивали, но мерцающий свет от огня не вселял домашнего уюта и тепла. Мы расселись по креслам, обитым красной замшей, Люсинда опустилась на пуфик напротив нас.
- Чего-нибудь выпьете? - Проявила она зачатки английского гостеприимства.
- Нет, спасибо, - Чак принял бразды ведущего, а я был только рад этому. В особняке Эллиотов мой мозг почему-то отказывался работать. Архитектурный колосс изолировал от окружающего мира и иногда чудилось, что из него не выбраться, что ты в капкане. Страдающий агорафобией никогда не поселится здесь, уж наверняка
Чак представил Люсинде нас, а затем приступил к допросу. Начал он его вполне обоснованно:
- А где ваша сестра?
- Наверху, - бесцветно ответила девушка, но я заметил, как дрогнули ее пальцы в порыве сжаться в кулаки. Первый признак беспокойства, в академии нам не раз повторяли это.
- Стоит ее позвать.
- Не стоит, - тут же возразила Люсинда, - Джессика не в себе, после... после исчезновения папы. Она едва ли будет полезна вам.
- Что произошло с вашим отцом?
И снова пальцы неуловимо шевельнулись. Я понял, как она нервничает, как взбудоражена нашим появлением, насколько мастерски маскируется.
- Он, как обычно, отправился в среду утром на фирму и не вернулся. Мы не теряем надежды и скорбим, - добавила она сухо.
- Что ж, - вмешался Боб, - в таком случае представим, что мистер Эллиот еще жив и будем вести диалог о нем в настоящем времени, вы не против?
- Конечно нет. – Флегматично покачала головой Люсинда.
Чак быстро обменялся с Бобби взглядом и опять обратился к девушке.
- А чем конкретно он занимается?
- Папа являлся владельцем одной из крупнейших в Англии фирм по производству гоночных метел. «Барракуда», «Полет», «Лучистая» - это самые известные модели.
- Мисс Эллиот, мы же условились. – Боб повторно и совсем бесцеремонно влез в беседу. – Настоящее время.
Ни один мускул на угловатом лице Люсинды не отреагировал теперь, и я озадачился. Неужто очередная искусная маска?
- Условий я не нарушала. Компания продана.
Эта реплика сняла все мое недоумение – девушка не дала маху.
- Но как такое может быть? – Изумился Чак. – Ведь Брэндон Эллиот по-прежнему числится пропавшим без вести! А срок его отсутствия смехотворен – месяц!
- Видите ли, год назад папа написал распоряжение и отдал его Питеру Кэрри, своему помощнику и другу. В нем говорилось, что при внезапном и внеплановом отсутствии хозяина «МетЛетел» сроком более двадцати дней следует вскрыть завещание. У меня все по графику, и если я вдруг покину вас надолго, то вряд ли вернусь – это папина фраза. По совету Питера мы продали фирму.
- Все вырученные деньги были перечислены вам?
- Да, ко мне с сестрой. Завещание установило размеры долей как пятьдесят на пятьдесят. По закону я являюсь опекуном Джессики и, пока она не достигнет совершеннолетия, храню ее часть наследства и распоряжаюсь ею. Но, боюсь, бедняжка пока не в состоянии управиться даже с дюжиной нутов.
- С чего вы взяли? – Боб сузил глаза и в них полыхнули искорки недоверия, которые я так хорошо знал. Бобби почуял падаль и теперь будет копать, покуда не отыщет истину.
- Я же сказала, в последние недели она не в своем уме.
- Как именно проявляется ее безумие? - Встрял я, решив внести свою лепту в «задание от мудилы Стю». - Нам, собственно, поручено найти причину загадочных воплей, отнимающих мирный сон у соседей.
Толстые губы Люсинды растянулись в подобие улыбки облегчения. Это элементарное сокращение мимических мышц уродовало девушку до неузнаваемости, делало старше и безобразней. Моя спина мигом покрылась гусиной шкурой, стало не по себе. Улыбка мертвеца.
- Это Джессика. В основном по вечерам и ночам она непрестанно кричит, раньше бегала по дому и крушила все подряд. Однажды поймала мистера Кленера, нашего кота, и кухонным ножом отрезала ему конечности. Поэтому теперь мне приходится запирать ее наверху в спальне, где она и проводит почти все время.
Омерзение к особняку и его обитателям возрастало с каждой секундой, равно как и желание покинуть его навсегда. Перенявший инициативу Бобби Кларкинс не унимался.
- Вы обращались к помощи знахаря? Девочка явно нуждается в лечении.
- Знахарь был. Сказал, что в данной ситуации мы имеем дело с прогрессирующей шизофренией. Он предлагал услуги психбольницы, но я отказалась.
- Почему?
У Люсинды сделался несчастный вид. Она как-то по-детски насупилась, сдвинув брови, точно собралась разрыдаться.
- Я обещала папе заботится о сестре, если с ним что-то стрясется. Обещала не оставлять ее одну. Вы же знаете эти больницы, они будут пичкать ее всякой дрянью, пока не превратят в растение, которое умеет ходить под себя, да пускать слюни. Никто не подарит ей большей любви, чем я.
Она врала. Неизвестно, с чего я так решил, но она врала. Нагло и виртуозно, глядя в упор на оппонентов. Меня облекла какая-то беспочвенная ненависть к этой девушке, мне захотелось схватить ее за шиворот и бить по голове до тех пор, пока волосы не начнут отскакивать вместе с лоскутами кожи, бить, пока она не сознается. Бить тяжелым, тупым предметом.

Крэг замолчал, втянул ноздрями летний воздух и повернулся к Кассандре.
- Тебе не скучно?
- Нет, - прошептала девушка заворожено, едва не воскликнув «ты шутишь?!». – Продолжай, пожалуйста.
- Кроме вас двоих в доме никого больше нет?
- По субботам приходит горничная, миссис Доулен, делает уборку во всех комнатах, после чего уезжает.
Воцарилась тишина. Слишком все незатейливо и естественно, слишком банально, наши аврорские инстинкты били тревогу. Очень просто бывает только когда кролики сношаются – это я тоже узнал в академии.
- И все-таки мы хотели бы познакомиться с Джессикой, - вдруг выпалил я, не контролируя себя. До сих пор ощущаю свою вину, до сих пор не могу простить самому себе этого тупого подчинения правилам. Следовало наплевать на задание, и на гребаные коллизии с начальством, и на Стюарта Крэндела, этого мистера я-не-прочь-лизнуть-в-зад.
- Это невозможно, - тоном, исключающим всякие обсуждения, произнесла Люсинда, метнув в меня испепеляющий взор. - Вам это ничего не принесет, кроме лишних проблем.
- К проблемам нам не привыкать, мэм, об этом вам поведают мои шрамы и рубцы. – Вымолвил Боб, осклабившись. Пожар недоверия разгорелся в его зрачках теперь на всю катушку, не хуже полыхающего пламени в камине напротив.
Она открыто нервничала, заламывала руки и лихорадочно ерзала. Ирония судьбы. Я не был близко к ней по чистой случайности. По чистой случайности на этом месте оказался Чак. Мой Чак...

Голос Крэга упал, ослаб, задрожал. Кассандра, не смея шелохнуться, приготовилась к страшному.
- Она сорвалась. Знаешь, как плохо человек соображает, когда вокруг разворачивается что-то из ряда вон? Все словно во сне, а не на яву, словно под водой – плавно и размеренно. А у тебя паралич и максимум, на что ты способен – созерцать непоправимое. Секунду длилось безмятежье, а уже через мгновение у Чака в горле торчал нож, вогнанный по самую рукоятку. Струи крови фонтанировали во все стороны с ужасающим напором, некоторые капли достали даже до меня и окропили мое лицо. Предсмертный хрип Чаки заглушил дикий визг взбесившейся Люсинды Эллиот.
- Сучья дочка! - Взревел Роджер, вскакивая с кресла. И тут же сел в него обратно, только голова бесчувственно мотнулась и свесилась на плечо, изо рта вывалился язык, выпученные глаза остекленели. Ты представляешь, как действует Авада Кедавра? Это не просто изгнание души из телесной оболочки. Это еще и изгнание кислорода. Из каждой клеточки организма. Быстро, как мухи, гибнут коллеги, но не выходит из ступора Крэгги…
Бобби носком сапога выбил из пальцев девушки палочку и полез за своей. Люсинда, не опешив, с проворностью аврора из элитного штурмового подразделения, выдернула нож из горла Чака и бросилась на Боба. Ну вот, наконец, свершилось, Крэгги очнулся. Я, будто ужаленный, подпрыгнул и вцепился мертвой хваткой за воротник девчонки, рывком отбросил назад, пинком ноги послал на пол. А когда обернулся к Бобби, то обнаружил его лежащим на ковре. Он держался за деревянную рукоять ножа. Лезвие было в его животе. Кровь намочила белую рубашку и струей сбегала от пупка вниз. Визг за спиной заставил меня крутануться волчком на 180 градусов. Люсинда неслась на меня, ошалевшая от ярости, вооружившись миниатюрной каминной кочергой, искривленной на конце. В академии нам советовали включать автоматическое пилотирование. Предоставить рули управления наработанной технике и ледяному расчету. Без особого труда на замахе я плавно завел кисть этой бестии в противоположную направлению разгона сторону и конфисковал кочергу не особо стараясь. Споткнувшись, Люсинда рухнула на пол, разбив всмятку нос. Разворачивая ее на лопатки я не испытывал гнева, клянусь. Автопилот – всего лишь механизм. Без эмоций. Она даже не сопротивлялась. Захлебывалась кровью, невнятно бормотала что-то, но не сопротивлялась. Первым ударом я лишил ее возможности произносить слова. Металлическая кочерга с треском (такой можно услышать, запихав грецкий орех в орехокол) врезалась в кость и нижняя челюсть безнадежно съехала набок. Вторым я проломил ей череп.
Крэг прервался в замешательстве. Зачем он выбрал именно этот кадр своей биографии, почему повествует именно о нем во всех подробностях и деталях. Наверное, из-за Игры. Здесь, в обители зла, нет места недомолвкам и прикрасам. Здесь только ужас воспринимается адекватно. Здесь россказни о кресле-качалке, горячем шоколаде и трубке с табаком считаются подлинным издевательством.
- Я опустился рядом с Бобби на колени.
- Убери руки, друг, - попросил я едва слышно. - Я выну эту штуку из тебя.
Он очень боялся. Никогда не забуду его дрожи, блестящей испарины на лбу, прерывистого дыхания и конвульсивных подергиваний тазом. Ему было больно, по-настоящему больно.
- Мне все. – Пролепетал он тогда.
- Партнер, ту будешь жить. Не сдавайся, борись. Я не собираюсь сообщать Эмили о твоей кончине, понял? Ни письменно, ни лично, ни публично, мне за это не платят.
Бобби хмыкнул, алый ручеек вырвался изо рта и его стремнина мигом проложила себе русло по щеке прямиков в ухо.
- Нет, брат, не в этот раз. Мне слишком хреново что-то. Передай Эмили, что мой подарок спрятан в вазе. В той синей, приобретенной на распродаже за бесценок вазе, которую ее мама презентовала нам на свадьбу.
Я улыбнулся, смахнув слезу:
- Ты все-таки купил его, да?
- А как же? - Его голос постепенно терялся в водовороте агонии.
- Что занесло нас в эту дыру, Бобби? Какого черта не остались у Эдварда?
- Мы прокололись, брат. Мы проко…
А потом он умер. Бесшумно и смиренно. Нижняя часть тела прекратила биться в судорогах, глаза закатились и превратились в сплошные белки. Он перестал дышать. Я долго стоял над ним, ошеломленный. Лишиться троих друзей в один сраный день – есть от чего свихнуться. В один и тот же самый день наблюдать за веселящимся в баре Бобби, а чуть позже придерживать его кишки, зажав ладонью зияющее отверстие. Любой чердак даст течь.
Из оцепенения меня вывели пронзительные крики. Первая мысль – неужели эта сука Люсинда воскресла? Но нет, источник шума находился наверху. Дикий, необузданный, нечеловеческий вой, грохот переворачиваемой мебели, топот. Вместе со звоном чего-то стеклянного, рассыпавшегося вдребезги, я, на негнущихся ногах стал подниматься по скрипучим ступеням на второй этаж. Затем на третий. С каждым новым пролетом я все четче и четче различал ту вонь, что якобы померещилась мне в начале визита в проклятый дом. Миазмы общественного туалета. Сильнее всего гремела какофония на четвертом этаже. Я повернул налево, по длинному коридору, отделанному панелями из красного дерева. За одной из дубовых дверей творилось нечто, более походящее на войну. Кто-то бороздил комнату вдоль и поперек, разрушая все, что попадалось на пути, и умолял оставить в покое, оставить в покое, оставить в покое.
Джессика. Определенно, это именно она исступленно орет. Лишь столь мощные голосовые связки способны нагнать жуть на соседей. Утвердившись в своей гипотезе, я подергал серебряную ручку – заперто. Палочка осталась внизу, посему я вышиб дверь ногой и ворвался внутрь. Зрелище, открывшееся моему взору, с трудом укладывается в голове. Даже сейчас.

Кассандра почувствовала, как нетерпение сдавило ее внутренности. Она так сконцентрировано внимала каждому слогу, что совершенно не замечала обнаглевшего комара, ненасытно впившегося в ее подбородок. Крэга порадовало, что его основанный на реальных событиях триллер истребил в спутнице сонливую истому и взбодрил, как крепкий бразильский кофе. Ее возбуждение и ажитация находились в вопиющем несоответствии с определением сна.
- В тесной спаленке стоял жуткий смрад, едкий и гнусный. Заключенному в гадком узилище человеку явно не давали мыться и порой забывали выводить по нужде.
Костлявая, пышноволосая девочка с широко распахнутыми голубыми глазами и длинными ресницами, при моем эффектном появлении затравленно юркнула в угол. Следом за ней в тот же угол стремглав промчалось жемчужное приведение ее папочки. Прозрачную физиономию искажала сумасшедшая гримаса, жилистые руки были вытянуты вперед.
- Это ты меня убила, малолетняя тварь! – Сыпал обвинениями Брэндон Эллиот. - Ты убила собственного отца, змея! Потаскуха! Предательница! Я родил тебя, вырастил, дал воспитание, а ты безжалостно отравила меня тем яблочным пудингом!
Джессика визжала так, что казалось вот-вот полопаются окна. Складывалось впечатление, что она делает так нарочно, только бы не слышать уничижающих упреков отца.
- Странный вкус, что еще за странный вкус? С корицей она переборщила! Странный вкус, был странный вкус!

- Что стало с ней? - не выдержала Кассандра.
- Я забрал ее оттуда. Малышку поместили в лечебницу, я проследил, чтобы это была самая лучшая клиника в стране.
- Но кто убил этого негодяя Эллиота?
- Она и убила, фактически, - спокойно ответил Крэг. - Подоплека все в том, что Люсинда вознамерилась заграбастать наследство целиком и поэтому подстроила смерть отца. Испекла пудинг, добавив к списку ингредиентов еще и яд донной зубчатки, и поручила сестре подать его мистеру Эллиоту. Напутствие было следующим: «Отдай папе, скажи, что сама состряпала, и тогда на следующий уик-энд мы отправимся на шоу с дельфинами, ты ведь их обожаешь. Я немного переусердствовала с корицей, но в целом вполне недурно».
Спустя 24 часа мы обнаружили труп Брэндона. Он был расчленен и зарыт под фонтаном. В планы Люсинды не входила смерть Джессики, она придумала еще лучше. Шизофреник недееспособен и наследство ему не причитается, верно? Поэтому эта коварная горгулья науськала приведение отца (ополоумевшее после убийства от руки дочери) на девочку, и оно мучило, истязало Джессику двадцать одни сутки подряд. Бедняжка была на грани.
- Ее вылечили? – Спросила Кассандра, всем существом надеясь на счастливый финал.
- Нет, - сурово сказал Крэг и вытер пот с шеи. – Как-то я прилетел навестить Джессику, но когда вошел в палату, она ринулась на меня с целью перегрызть глотку. Ночью раньше к ней явилось приведение Люсинды. Не догадываешься, что шептала девочка, как заведенная, в то время как ее оттаскивали санитары?
- Нет, - просипела Кассандра севшим голосом.
- Люси поклялась, что простит меня, если я съем злого аврора, как папа съел мой пудинг. И тогда я не попаду в ад, не попаду в ад, не попаду в ад.
Через месяц Джессика умерла.

[Remus J. Lupin]

Ур-ра! Новая глава! И какая длинная)
Я всё-таки не буду искать неправленные главы. Уж больно глаз радуется читать редактированный вариант.

[Ловец снов]

Remus J. Lupin, правильно, не ищи. Лучше подождать более человеческого текста, нежели ломать глаза и настроение, читая непонятно что.))

Эм, друзья, меня не устроила редактура первых трех глав фика, поэтому я взялся за их переделку. Первая уже готова, добавлен эпиграф. Сейчас вовсю работаю над второй и третьей, посему выход продолжения откладывается. Совсем на чуть-чуть.

[Dasha SM]

Отличнейшая работа! Переживаю за судьбу каждого героя и оч-оч жду продолжения!
P.S. Уважаемые знатоки пользования возможностями и-нета! Плиз, объясните мне, безграмотной, КАК вставить картинку возле своего имени! Надеюсь на Вашу помощ, и заранее спасибо!

[Hollyk]

Макс, ну Легенду о Дементорах все читали, а там ошибок было споткнуться и упасть. Даже твой бывший текст - песня по сравнению с Легендой=)

[charibdis]

Ловец, ты же знаешь, что я не первый раз читаю, но под конец этой истории я снова плакала. Ты восхитителен. И не надо говорить, что прошлый вариант невозможно было читать!!! Я читала - сразу весь, а потом в шоке ходила несколько недель и говорила всем: "Вы читали? Игру? НЕТ?! ИДИТЕ ЧИТАЙТЕ!!!" (все от меня вешались, потому что я постоянно что-то пересказывала)
Dasha SM, зайдить в свой профиль и загрузите аву.

[Hollyk]

Чари, как мы с тобой пересеклись?

[charibdis]

...красиво!=)