Автор: Я, то есть Bella.
Жанр: драма с элементами angst
Рейтинг: R, но не потому что постельнх сцен много, а просто очень пессимистично.
Пейринг: его, собственно, нет. Но главные герои ГГ и ДМ. Сразу предупреждаю, у них не будет большой и светлой ЛЯБВИ, и вообще никакой не будет.
Саммари: Трудно жить, когда вокруг тебя война. Но что делать, если всё, во что ты верила всю жизнь - миф, что ты - это совсем не ты, а люди, которых ты любишь, всю жизнь скрывали от тебя правду? И как быть, если прошлое заводит тебя в ловушку, поставленую самим Властелином Тьмы ?
Глава 1.
***
- Мой Лорд, мне жаль, но мы не смогли взять Хогвартс. Этот старик опять перехитрил нас, слишком сильная защита. Но всё бы могло получиться, если бы опять не вмешался этот выродок…Поттер, со своими дружками. Эти отродья опять отделались лёгким испугом, Дамблдор подоспел в самый неподходящий момент… - Гневно вещала ведьма в потрёпанной тёмной мантии, но в её словах всё же сквозил страх, страх перед неизбежным наказанием за очередной провал. Её волосы растрепались, злобное лицо было измазано запёкшейся кровью. Но это не играло никакой роли, потому что со своим заданием она не справилась.
Человек, перед которым она отчитывалась, оторвал взгляд от огня и посмотрел ей в глаза, от его холодного змеиного взгляда женщина невольно попятилась.
- Да, Беллатрисс, ты опять меня разочаровала. А ведь ты так просила поручить эту операцию именно тебе. И я дал тебе шанс. Я поставил тебя во главе моей армии. Я дал тебе лучших людей…Малфоя , Долохова, Нотта… - Чем больше он говорил, тем ниже опускала она голову. Нет, он не кричал, как поступил бы на его месте любой человек, чьи ожидания опять не оправдались. Его голос был тих, но необъяснимо внушителен, будто он заранее знал исход и теперь лишь констатировал давно известный факт.- Но ты не оправдала моих надежд. Круцио!
Острая, как тысячи ножей, боль пронзила Беллатрисс Лестрейдж. Казалось, каждый миллиметр тела горит в адском пламени. Не удержавшись на ногах, она упала на колени, даже не почувствовав холода старого каменного пола. Когда человек отвёл палочку, ей показалось, сердце её остановилось. Каждый вздох отдавался мучительной болью по всему телу. Восстановив сбившееся дыхание, она подняла голову на своего Господина. Её голос прозвучал хрипло в тишине зала.
- Я виновата, Мой Лорд. Но всё же я принесла вам то, что может заинтересовать вас.
С этими словами она достала из кармана мантии окровавленный платок.
- Долохов сражался с девчонкой, подружкой Поттера, он ранил её, но несильно. Видимо, этим платком она пыталась остановить кровь. А потом оборонила. Случайно он попался мне на глаза и я подняла его. Если приглядеться повнимательнее…
Но её повелитель уже понял, чем привлекла Пожирательницу эта вещица. Кровь, заливавшая платок, была испещрена мерцающими искрами. Он сам закончил то, о чём она хотела ему поведать.
- Кровь этого человека перенасыщена магией. Интересно…Она как-то необыкновенно сильна?
- Нет, Мой Лорд. Она неплохо сражалась, знала много заклинаний, неплохо реагировала, но в ней нет особой силы, она сильная ведьма, но довольно заурядная.
Внимательнее изучив платок, его проницательный взгляд нашёл в углу неброскую аббревиатуру. Две буквы Г.
- Люциус!
Через мгновение в комнате материализовался высокий мужчина. Его неестественно светлые, почти белые волосы были разбросаны по плечам. Тонкие черты лица выдавали в нём представителя аристократического рода. Холодные серые глаза выделялись на фоне бледной кожи. Учтиво поклонившись, он приготовился слушать. Но никаких речей не последовало. Зато через миг в его руке оказался испачканный платок. Немного сморщившись от отвращения, Люциус Малфой склонился над протянутым предметом. После краткого ознакомления он удивлённо вскинул брови и вопросительно посмотрел на своего Господина.
- Люциус, этот платок был найден на месте сегодняшнего сражения, по словам Белластрисс, он принадлежит какой-то девчонке из компании Поттера.
Сморщившись при упоминании этой фамилии, Малфой повнимательнее пригляделся к платку. Аббревиатура в углу сразу же прояснила ситуацию.
- «Г.Г.»…Что ж , Мой Лорд, могу с уверенностью сказать, что этот платок принадлежит одной грязнокровке, подружке Поттера. Гермионе Грейнджер.
- Узнайте мне о ней всё. Я поручаю это именно тебе, Люциус! ВСЁ! От рождения до сегодняшнего дня. О её родителях. Чтобы не позднее завтрашнего дня передо мной был результат. А теперь вон!
***
- Ну что, Люциус. Каковы результаты?
- Более чем интригующие, Мой Лорд. Я просмотрел архивные данные за все эти годы, но так и не нашёл упоминания о рождении ведьмы по имени Гермиона Грейнджер, зато в год, который официально стоит в посвящённых ей записях о поступлении в Хогвартс, родилась другая ведьма…Гермиона Луиза Джованна Эдинкейдж.
- Эдинкейдж?!
- Да, Мой Лорд, и она принадлежит именно к тому роду, о котором вы подумали. Её родители – те самые Эммануил и Луиза Эдинкейдж. Но загвоздка в том, что больше ни об этой девочке, ни о её родителях нет ни слова, они словно испарились…зато на их месте появилась Гермиона Грейнджер и её родители-магглы Питер и Анна Грейнджеры.
- То есть её удочерили…
- В том то и дело, что нет, Мой Лорд. У меня есть фотографии этих Грейнджеров, и могу сказать вам с полной уверенностью, что это…это и есть те самые Эммануил и Луиза Эдинкейдж.
- Что ты хочешь этим сказать, Люциус?
- Они живы, Мой Лорд, спокойно живут в пригороде Лондона, владеют совершенно маггловской профессией и ведут истинно маггловский образ жизни. Никакого намёка на магию, и в списках ныне живущих магов Великобритании они не значатся.
- Продолжай работать в этом направлении, Люциус! Любыми способами узнай, каким образом чета Эдинкейджев превратилась в чету Грейнджеров. А вот Мисс Гермиону Луизу Джованну мне хотелось бы увидеть лично. Пожалуй, Люциус, пришло время твоему сыну доказать, что он настоящий Пожиратель и отработать дарованную ему Метку.
***
- Герм, я понимаю, что ты очень хочешь быть полезна, но нельзя взваливать на себя столько сразу! Зачем ты взяла на себя Защиту у первокурсников Гриффиндора и Слизерина? Чтоб справиться с этими факультетами, нужно обладать титаническим терпением. А ты, между прочим, только вчера из больничного крыла вышла!
Девушка с собранными в растрепанный пучок каштановыми волосами , и правда, выглядела уставшей. Под глазами залегли тёмные тени, оттого, что волосы полностью открывали лицо, оно казалось ещё более худым и измождённым. Карие глаза смотрели виновато, но решительно.
- Гарри, мне нужно какое-то занятие, чтобы отвлечься, я не могу сидеть без дела, когда все под завязку заняты.
Юноша, стоящий перед ней нахмурился. Он очень сильно изменился за последние несколько лет. Это уже был совсем не тот Гарри, с которым она когда-то познакомилась в Хогвартс-экспрессе. Война сделала его более решительным, жёстким. В последнее время он всё больше и больше отдалялся от друзей, полностью уходя в себя…и в войну. Словно нёс на себе какой-то груз, который не мог ни с кем поделить. Незаметно для себя, он стал неоспоримым лидером сначала факультета, а потом и школы, её предводителем. Он старался контролировать всё происходящее в Хогвартсе, не говоря уже о своих друзьях.
- Герм, я сказал «НЕТ». Пойди в библиотеку, почитай что-нибудь, расслабься. Или, знаешь, подготовь материал для занятий, поройся в книгах, подбери хорошие контрзаклятия, а через пару дней окрепнешь и проведёшь уроки. Обещаю.
- Гарри, неужели ты думаешь, я взяла себе группы, не подобрав должного материала?
- Гермиона, ну, хочешь , я выпрошу для тебя у МакГоннагл разрешение в запретную секцию, покопаешься в чём-нибудь интересном…
На мгновение в глазах девушки мелькнул огонёк восхищения, но так же быстро он сменился привычной тоской и усталостью.
- Ладно...Но я тебе это ещё припомню!
- Договорились. Иди в библиотеку, я скоро принесу тебе разрешение! – Подмигнув ей, он быстрым шагом направился к кабинету МакГоннагл.
Глубоко вздохнув, девушка окинула взглядом Большой Зал, полный учеников, и пошла в библиотеку.
Их курс закончил обучение почти полгода назад, но из-за военного положения ученики так и остались в школе. Хогвартс был пока единственным местом, которому удалось три раза выдержать осаду. Выпускники теперь помогали учителям патрулировать замок и Хогвартские границы, следили за порядком в коридорах, проводили занятия по защите у младших классов. Собственно, это был единственный предмет, который сейчас преподавался в Хогвартсе, и ученики проявляли поразительное усердие. Смех, изредка раздающийся в коридорах, звучал на удивление неестественно. Студенты , даже младшекурсники, были напряжены и угрюмы. Они слишком рано повзрослели, слишком рано упала на них ответственность, слишком рано им пришлось познать жестокость мира.
Грустная кареглазая девушка сидела в библиотеке, необычно пустынной для утра учебной недели. Книги уже несколько месяцев стояли нетронутыми: теорию теперь заменяла многочасовая практика. Порой ей казалось, что она – вообще единственный посетитель этой заставленной книжными полками комнаты. Она сидела на подоконнике, кутаясь в тёплую мантию. На коленях лежал очередной фолиант по защитной магии, но глаза девушки были устремлены в окно, из которого виднелось тёмное озеро, покрытое ноябрьской ледяной коркой.
« Как чёрная дыра, как безысходность.» - пронеслось в голове.
Взгляд скользнул по кромке запретного леса. Голые, и от этого ещё более зловещие деревья прогибались под порывами хлёсткого пронизывающего ветра.
Мысли беспорядочно кружились в голове, перескакивая с одного на другое.
«Уже две недели не было писем от родителей, а ведь я даже не знаю, вдруг им грозит опасность. В последнее время мы отдалились друг от друга. Я знаю, виновата я. Они так далеки от моих проблем. Они не знают , что такое магия, поэтому нас разделяет бездонная пропасть. У них клиника, оплата счетов, традиционный воскресный ростбиф. Всё тихо и размеренно, для них нет войны, страха завтрашнего дня, боли потерь. Они далеки от магии….а значит, далеки и от меня.»
Сквозь запотевшее окно она приглушённо услышала пронзительный крик ворона, кружившего в светло-сером небе. Густые облака, скрывавшие небо, точно отражали её настроение. Да, она изменилась. Исчезли оптимизм и самоуверенность. Серая, непроглядная и беспросветная меланхолия заняла их место. Гермиона отчаянно старалась быть полезной, практически полностью взяв на себя опеку над младшекурсниками. Иногда накатывала ярость, такая, что хотелось метаться по комнате, сметая предметы на своём пути.
Своим чередом в сознании всплыли картинки недавнего сражения.
«Неужели это было меньше недели назад, а кажется, прошла целая вечность…»
Её закружило в водовороте воспоминаний.
Свинцовые тучи, порывистый ветер…словно заранее приготовленные декорации к спектаклю…только кровь будет не бутафорской, боль слишком реальной, крики пугающе пронзительными. Люди, чьи лица закрывают маски, неотвратимо приближающиеся к древним каменным стенам, словно дементоры, высасывающие всё живое и светлое, несущие только горе и разруху. Воздух, пропитанный паникой и жестокостью. Решительные лица членов Ордена, учителей и старшекурсников, занявших оборонительные позиции. Многим по семнадцать, но они уже умеют убивать. Кровь, отчётливо выделяющаяся на снегу. Странно, только середина ноября, а снег уже ровным слоем покрывал окрестности замка, будто специально, чтобы усугубить, драматизировать, сделать ярче… Удивительно, день был пасмурным и серым, а им казалось, что вокруг сплошная багровая дымка… Боль, бритвой полоснувшая по плечу; яд, мгновенно смешивающийся с кровью, не смертельный, но болезненный, затрудняющий заживление…
Спешные шаги вырвали её из трясины воспоминаний. Через миг перед ней стоял Гарри, протягивая кусок пожелтевшего пергамента с учительским росчерком.
Коротко сказав ей: «Развлекайся!»- и чмокнув на прощание в щёку, он поспешил к выходу.
***
Глава 2.
***
Он внимательно следил за ней. Занимаясь своими делами, он украдкой наблюдал за каждым её движением. Три дня назад он получил посылку от отца. В ней были письмо и портключ. Это было его первое задание, обозначенное двумя ненавистными словами «Гермиона Грейнджер». Что могло понадобиться Тёмному Лорду от этой грязнокровки, и почему именно он, Драко Малфой, чистокровный аристократ, должен тратить свой время и талант на это убожество? Служба у Тёмного Лорда виделась ему совсем не так. Точнее в его воображении воплощалась только одна сторона этой медали: могущество, деньги, власть, безропотное поклонение более слабых. Он как-то незаметно для себя не осознал того факта, что ему предлагалась роль СЛУГИ, а Драко Малфой хотел быть только ХОЗЯИНОМ. Если отцу доставляло удовольствие само наблюдение за муками людей, их криками боли, стонами отчаяния, то его наследнику хотелось лишь комфорта, красивой жизни и власти над другими людьми, которых он искренне презирал.
Но ослушаться приказа самого Властелина Тьмы было бы слишком опрометчивым шагом, поэтому Драко незаметно скользил по коридорам опостылевшего замка, преследуя свою мишень. Отец потребовал от сына оставаться в школе, чтобы быть в курсе планов Ордена и наблюдать за Поттером , и теперь Драко, вместо того чтобы находиться в фамильном Малфоевском замке, прозябал в осажденном Хогвартсе.
Его бесило здесь всё: вынужденные обязанности по охране замка, Поттер, возомнивший себя великим военачальником, во всё сующим свой нос…он ненавидел стадную жизнь, он остро испытывал потребность выделяться, желал особого отношения к собственной персоне; как стопроцентного эгоиста, его не прельщала перспектива думать о чьём-либо благополучии, кроме своего собственного.
И вот теперь эта чёртова Грейнджер.
«Наверняка ей уготована участь приманки для этого ублюдка со шрамом. Ну что ж, она ещё получит своё. Тёмный Лорд не пощадит грязнокровку, её смерть будет долгой и мучительной. А моя задача - просто завести её в заранее уготованную ловушку.» - утешал себя Малфой-младший, неспешно прохаживаясь по коридору, ведущему в библиотеку. Даже себе он не хотел признаваться, что искренне НЕНАВИДИТ Гермиону Грейнджер, сам себя он убеждал, что лишь ПРЕЗИРАЕТ её. Ведь ненавидеть можно только равного, а Грейнджер он считал ниже себя. Он НЕНАВИДЕЛ в ней всё: то, что она была лучшей ученицей, подружкой Потттера, то, что она посмела дать ему пощёчину на далёком третьем курсе, то, что она не реагировала на его оскорбления, пожалуй, такое хладнокровие было достойно даже семейства Малфоев. То, что она даже не пыталась привлечь к себе внимание противоположного пола и не прилагала ни единого усилия, чтобы кому-то понравится. Каким-то образом она заводила серьёзные и длительные отношения с самыми умными и серьёзными парнями Хогвартса, в основном из Рэйвенкло.
Слизеринцы, конечно, не могли опуститься до романа с грязнокровкой. Нет, она не была популярной во всём смысле этого слово, парни не оборачивались ей вслед, она не входила в тот незыблемый «список» девчонок, с которыми хотел бы «перепихнуться» каждый. Её внешность была довольно неприметной, вроде бы «правильной», но не привлекающей всеобщего внимания. Хотя за ней было интересно наблюдать, каждое её движение, каждый жест были натуральными, неподдельными, лишёнными пошлого дешёвого флирта, направленного на привлечение выбранной аудитории. Умная, непосредственная, естественная…
«Пожалуй, останься в живых Диггори, он тоже стал бы её парнем. Ну ничего,
сегодня-завтра я разберусь с этой сучкой. Она ответит мне за всё!»
***
До вечера Гермиона не выходила из библиотеки, которая была, пожалуй, единственным местом , где можно было уединиться. В спальне трещали Парвати и Лаванда, а Гриффиндорская гостиная вообще никогда не пустовала, по коридорам ходили патрули. Хогвартс жил своей жизнью, только ей вдруг стало казаться, что она здесь лишняя. После ранения с ней обращались, как с хрустальной вазой, ограждая от волнений и проблем, только, сами того не осознавая, они загоняли её в трясину, из которой сложно выбраться. Трясина её собственных мыслей и воспоминаний, которые лишали и без того зыбкого покоя. Джинни, взволнованная её отсутствием на обеде и ужине, принесла бутерброды и горячий чай. Но попытка разговорить подругу так и не увенчалась успехом. Младшая Уизли, обладающая не присущей её братьям чуткостью, решила как можно быстрее поговорить с Гарри о Гермионе, чьё разительное изменение не на шутку взволновало девушку: нельзя раскисать, когда вокруг тебя кипит война. Такое расслабление могло стоить жизни.
Около девяти Гермиона, наконец, покинула библиотеку. Её шаги гулким эхом отдавались в пустынном коридоре, и всё же ощущение постоянного преследования не покидало девушку. Ей вообще стало часто казаться, что кто-то пристально отслеживает каждое её телодвижение. Скорее всего, так давали о себе знать расшатавшиеся нервы, посылая своей хозяйке постоянное чувство необъяснимой внутренней тревоги.
«Что, мисс Грейнджер, страдаем манией преследования?» - саркастически спрашивала она себя, копируя голос Снейпа.
Она долго ворочалась в постели, тревожно вслушиваясь в сопение спящих соседок. Кровать казалась чужой и непривычной, хотя именно на ней она спала уже больше семи лет. Морфей не хотел принимать её в свои объятия, поэтому Гермиона решила вернуться туда, где она всегда чувствовала себя спокойной и умиротворённой…в библиотеку. Босые ноги обожгло холодом пола. Стащив с себя ночную рубашку, девушка быстро натянула джинсы и свитер и , подхватив мантию, покинула спальню, стараясь не разбудить шумом Парвати и Лаванду.
***
Уже полчаса он стоял за колонной в коридоре, ведущем к Гостиной Гриффиндора, откуда хорошо просматривался дверной проём, но сам наблюдатель был надёжно скрыт в тени. Вообще-то его пост был этажом выше, но , зная пристрастия Золотого Трио к ночным прогулкам, он не мог упустить возможности заполучить прекрасный шанс для воплощения своего плана. Уже второй день он проводил здесь чуть ли не всю ночь, но его старания пока не увенчались успехом. Её исчезновение ночью было бы идеальным вариантом. Её на правах больной не стали бы будить утром, и её отсутствие долго могло быть не замечено.
Из размышлений его вывел тихий скрип. Выглянув из-за колонны, он увидел, как приоткрылся дверной портрет, и, на его удачу, из Гостиной показалось растрёпанная макушка Грейнджер. Убедившись, что в коридоре нет патрульных, девушка вышла, аккуратно прикрыв за собой дверной проём, и, стараясь не потревожить спящую Полную Даму, бесшумно заскользила по коридору.
Проходя мимо колонны, она даже не заметила вжавшегося в стену Драко. Выждав несколько минут, он последовал за ней, предварительно наложив на подошвы Заглушающее заклятие. Один коридор сменялся другим, и Драко уже давно понял, куда она держит путь. О-о-о, эта дорога была ему хорошо знакома, именно ею он «провожал» её все эти дни. Как ни странно, но Гермиона Грейнджер опять направлялась в библиотеку.
***
Выждав полчаса, он бесшумно приоткрыл тяжёлую дубовую дверь. Она не услышала. Она сидела на подоконнике с книгой на коленях. Тусклый свет, льющийся из волшебной палочки, освещал лицо с выражением полной отстраненности. Аккуратно достав из кармана портключ, который представлял собой небольшую книгу в тёмной переплёте, украшенном потускневшими рунами, срабатывающий лишь при открытии, он тихо достал волшебную палочку. Наложив очередное Заглушающее заклятие и собрав воедино всё своё мастерство, он незаметно левитировал книгу почти к самым её ногам, собственно, на этом он мог остановиться, предоставив остальное судьбе, однако желание поиздеваться над ней в очередной раз взяло верх.
- Что, Грейнджер, не нашла себе более интересного занятия на эту ночь?
Его голос, прорезавший тишину комнаты, заставил её вздрогнуть и поднять голову. Она сразу узнала фигуру человека, стоящего в дверном проёме.
- У нас с тобой разные понятия об интересном времяпрепровождении, Малфой. Поэтому, почему бы тебе ни пойти туда, куда ты шёл? – парировала она холодным усталым голосом.
- Или твой очередной возлюбленный отдал Богу душу, защищая Хогвартс?
Он знал, куда бить, чтобы сделать побольнее. Её последний парень, Майкл Корнер из Рэйвенкло, погиб в последней битве. Они встречались уже два месяца и успели привязаться друг к другу, но война разлучила их. Два дня, проведённых ей в больничном крыле после битвы, она пролежала лицом к стене, ни с кем не разговаривая, не способная отогнать из воспоминаний картину его смерти…пустые тёмно-серые глаза, неестественно изогнувшееся на покрытой снегом земле тело, такое любимое и близкое, тёмные волосы, припорошенные раскрошенным льдом… Сглотнув неожиданно вставший в горле комок, она подняла на него глаза.
- Такая бесчувственная скотина, как ты, Малфой, недостойна того, чтобы даже упоминать о нём. Он погиб достойно, а ты сдохнешь в грязи собственных мыслей, и знаешь, что самое главное – о твоей смерти НИКТО НЕ БУДЕТ ЖАЛЕТЬ. – её слова прозвучали почти жестоко, с почти садистским наслаждением она выплёвывала слова ему в лицо , каждое из которых было намного хуже той злосчастной пощёчины.
- Ты дура, Грейнджер, и ты даже не представляешь себе, насколько опрометчивый шаг ты сейчас совершила. Кстати, что это валяется у тебя под ногами? – ухмыльнувшись, он посветил ей под ноги.
Взгляд девушки упал на книгу в тёмном переплёте, лежавшую у самых её ног. Она разительно отличалась от тех тяжёлых древних фолиантов, которые она сегодня брала. Подумав, что прихватила её случайно, не заметив, она подняла её. Руны, украшавшие переплёт, были незнакомыми, и ,потакая любопытству, руки бессознательно открыли внезапную находку. Всё вокруг сразу закружилось, крюком потянуло за живот, и свет померк…
***
