Может быть первые 4-е главы различны по стилю написания, там я еще не нашля "себя", однако дальше вроде лучше. В общем, жду ваших отзывов. Кстати, стоит сказать, что почти дописанна лишь первая часть, и развитие событие будет во второй...Часть 1. Алмаз.
Глава 1.Предпоследний день каникул.
- Лепотааа… - зевая, сказал Рон и зажмурился от удовольствия. – Все уроки сделаны, Малфой в больничном крыле (на него нечаянно упал Кребб) и такая чудесная погода! Гарри, ты со мной согласен? Гарри? Ты где?
- У него дела – ответила Гермиона, не отрываясь от учебника по нумерологии.
- Какие это дела?! – воскликнул Рон, чуть подавшись вперед.
- А я откуда знаю? – огрызнулась Гермиона. – Я спросила, куда он идет, он ответил, что по делам, а я преставать не стала.
- Ясненько, – зевнул Рон. – Лепотааа…
БУМ!
МЯУУУ!!!
БАБАХ!
- Все, хватит, с меня довольно! Я больше не могу!!! – закричала Гермиона.
- Герми, в чем де..
- В тебе!!! Ты бесчувственный идиот! Я сижу, учу нумерологию, ничего не понимаю, так нет бы тихонечко уйти и играть в снежки на улице, как другие, нет, он нарочно сидит и выводит меня из себя! Испытывает мое терпение!!! – на одном дыхании выпалила Гермиона.
- Герми, я..
- Замолчи!!! Все, что я от тебя хочу, так это чтобы ты ушел!
- Ах, так, значит?! Ну ладно, ладно, я уйду! Только не перестаю удивляться, раз ты меня так ненавидишь, то как ты со мной общаешься?!
- Сама удивляюсь!
Рон подскочил с кресла, развернулся на каблуках, и вылетел вон из гостиной Гриффиндора, чуть не сбив с ног входящую Джинни.
- Рон, в чем дело? – выкрикнула она, но Рон ей не ответил. Она удивленно уставилась на насупившуюся Гермиону. - И.. О боже! Что у вас тут произошло?! – в ужасе воскликнула она. Герми удивленно на нее взглянула, но, оглядев комнату и себя, решила, что все же есть чему удивиться. Все подушки с их мягкого и большого дивана валялись на полу, и две из них были изрядно поцарапаны. Учебник нумерологии валялся на ковре в ужасно мятом виде, и одна страница оказалась оторванной, и лежала у кресла, где сидела Гермиона. Мантия на Герми была слегка порвана, и на руке были царапины. Вдобавок ко всему, ее всегда идеальная кичка сбилась на бок и несколько прядей волос выбились из тугого пучка и вразброс лежали у нее на плечах! Джинни в немом изумлении смотрела на все это.
- Ну, что ты уставилась?! – грубо прикрикнула на нее Гермиона. – Никогда не видела, как ссорятся дру…зья? – на слове «друзья» она запнулась, но все же не исправилась.
Джинни нахмурилась.
- И почем ты моего брата обижаешь? – поинтересовалась она.
- Да…Ты…Д…Да как ты можешь?! – Герми не находила слов от возмущения. – Значит, и ты на его стороне!
- Интересно, а чего ты хотела? По-моему, ты не в себе.
- Я?! – от удивления она не знала, что сказать.
- Ну не я же! – начала раздражаться Джинни. - Посмотри, что ты сделала с бедным Живоглотиком! Он до сих пор не может придти в себя! Такое ощущение, что его со всей силы треснули книгой по голове!
- О! Я…Да что со мной такое? – пробормотала Гермиона. - В последнее время я сама не своя!
- Ничего, бывает, – посочувствовала Джинни.
- Прости. И извинись за меня перед Роном. – сказала Герми, собирая с пола подушки и складывая их на диван.
- Ну уж нет! Это ваши проблемы, и я здесь не причем!
- Но Джинни…
Бум
- Что это? – в недоумении спросила Джинни.
Гермиона подошла к окну.
Бум
- Да это же девчонки зовут нас на улицу! Там настоящая снежная война!
- Да, и правда. Да еще мальчики против девочек! – воскликнула Джинни. - Герми, скорее, в спальню за мантиями!
Бум! Бум! Бум!
- Да, да! Мы идем! – воскликнула Джинни, и глаза ее загорелись озорным блеском. – Ну, что ты копаешься?
- Я…А, ладно! Потом выучу! – воскликнула Гермиона, и, собравшись с мужеством пойти играть, не сделав уроки, улыбнулась Джинни. – Пошевеливайся! А то их там убьют! – и, смеясь, она побежала вверх по лестнице в спальни девочек.
Глава 2. Веселый вечер.
- Да, да! А ты видела, как я попала в голову Гойлу! – хвасталась Джинни, входя в гостиную Гриффиндора.
- А я – в Невила! Мне было его так жалко… - улыбнулась Гермиона.
- А я несколько раз попала в Рона! – засмеялась Парвати Патил. – Он упал, а я подбежала и засыпала его снегом! И Парвати счастливо засмеялась. Гермиона нахмурилась, но вдруг услышала игривый голос Рона:
- А я, Парваточка, все равно отыграюсь! – воскликнул он, и вылил и на без того мокрую Парвати тыквенный сок. Все громко засмеялись. Парвати остановилась как вкопанная, видимо соображая, что стряслось. Из состояния оцепенения ее вывел дикий хохот Рона. Она обернулась, и посмотрела на него. Потом обиженно надула губки, и развернулась, чтобы пойти в комнату девочек, но Рон, к тому времени переставший смеяться, преградил ей дорогу.
- Парваточка, ты обиделась? – заботливо спросил у нее Рон. – Но я не хотел тебя обижать, прости меня, пожалуйста. – Он наклонился к ней, и заглянул ей в глаза. – Ты меня простила?
- Да, – хихикнула Парвати. Вдруг, она подмигнула кому-то, кто стоял за спиной у Рона, и тут же на Рона вылилось сливочное пиво.
Рон улыбнулся, и, облезав себе губы, спросил:
- И вам не жалко пива?! Кто меня лишил такого удовольствия, как лишняя бутылочка сливочного пива?! Выходи, подлый трус! – Рон обернулся, и замер. – Джинни?! И ты способна на такое?! Я тебя все время защищаю, помогаю, а ты? Не могу поверить! – с ироничной улыбкой на лице спрашивал Рон. Джинни смущенно улыбнулась, и провела пальцем по лицу Рона. Потом она облизала свой пальчик, и принялась повторять операцию, но Рон умело поймал ее руку, и погрозил пальцем.
- Ай, ай, ай! Такая малышка, а уже увлекается алкоголем. Иди быстренько спать, все малышки спят днем, – издевался над сестрой Рон.
- Ну, ну! Хорошо смеется тот, кто смеется последний! – коварно улыбнулась Джинни. – Я такое про тебя знаю…- Закатила глаза Джинни.
- Ну, что, например? – занервничал Рон.
- Ну…О, точно! Я знаю, в кого ты влюблен по уши! – улыбнувшись, вынесла вердикт Джинни. Рон покраснел до кончиков ушей, но все же смог взять себя в руки.
- Ну и в кого? А ты уверена, что я вообще в кого-нибудь влюблен?
- Ну…Да. Наверно…Мне Фред с Джоржом рассказали...
- А они откуда знают? – сощурил глаза Рон, и, чувствуя, что Джинни сдается, полностью пришел в себя.
- Из собственных соображений, - вмешался в разговор Фред. – Мы же твои братья, Рон, и очень хорошо тебя знаем, - улыбнулся он.
- Кстати, а девчонка хорошая, будь я помладше…- Мечтательно закатил глаза Джордж.
Рон начал краснеть, но не от смущения, а от злости. Тут на помощь другу пришел Гарри.
- Ладно, мы с Роном пойдем, а то посмотрите, на кого он похож, - он демонстративно выжал мантию друга. И, схватив Рона за руку, потащил его в спальню мальчиков, не забыв при этом прихватить парочку баночек со сливочным пивом.
***
- Ну, рассказывай! – усевшись на кровать, улыбаясь, поинтересовался Гарри.
- Что рассказывать? – переодеваясь, спросил Рон, изо всех сил старясь скрыть смущение, что у него не шибко хорошо получалось.
- Ну…Хотя бы, как ты объяснишь то, что случилось внизу?
- А что объяснять? – удивился Рон. – Слегка поразвлеклись, посмеялись…Что такого?
- Ну, а как насчет Парвати?
- А что с Парвати? – чувствуя, что снова начинает краснеть, поинтересовался Рон.
- Твои ласковые слова, типа: «Парваточка», или «Ты обиделась? Ну прости, пожалуйста» и так далее.
- А что ты ко мне пристал? – вспылил Рон. – Я просто посмеялся вместе с ней, и все! Или я уже не имею права ни с кем общаться, кроме тебя и Гермионы?!
- Остынь. Ладно, а кто тебе нравится, если не секрет?
- А кто мне может нравится, если мой круг общения состоит только из двух людей: Герми и тебя? – защищался Рон. Гарри сощурился, наклонился, внимательно посмотрел на друга, потом распрямился, и кивнул.
- Кажется, я понял.
- Что ты понял? – подняв глаза на Гарри, спросил Рон, застегивая рубашку.
Но Гарри не успел ответить. Робко постучавшись, в комнату зашла Гермиона.
- Можно?
- Нет! – крикнул Рон, закутавшись в рубашку. Гермиона зажмурилась, и сказала:
- Я ничего не вижу. Но Рон, мне нужно с тобой поговорить.
Рон застегнул рубашку, и заправил ее в штаны, а потом произнес:
- Ладно, можешь открывать глаза. Гермиона распахнула свои глазки. – Если честно, я тоже хотел с тобой поговорить.
- Ладно, я пойду и принесу еще сливочного пива, - сказал Гарри и вышел из комнаты.
Глава 3 Сбываются мечты.
Гарри спускался вниз по лестнице и усиленно размышлял. А вдруг он ошибся? Хотя нет, похоже все именно так. А вообще, какое ему до этого дело? Это их проблемы, не его. Так он пересек гостиную, и, взяв бутылочку вкусного сливочного пива, открыл ее и стал медленно попивать.
Гостиная опустела. Только Фред с Джорджем сидели, и шептались в углу. «Впрочем, как всегда» - подумал Гарри. Все ушли в большой зал на ужин, но Гарри не хотелось есть. В камине потрескивал огонь, так убаюкивающее, так усыпляющее, что глаза Гарри сами собой закрылись, и он задремал.
***
- Ну, о чем ты хотела со мной поговорить? – зашнуровывая ботинки, поинтересовался Рон.
- А ты о чем хотел поговорить со мной? – спросила Гермиона.
- Я?! – воскликнул Рон. – А с чего ты взяла, что я хочу с тобой разговаривать?!
- Ну ты сам так только что сказал, – растерялась Гермиона.
- Я?! – еще раз воскликнул Рон. – А, ну да, точно, – он слегка смутился. – Прости, я просто задумался.
- О чем? – с любопытством спросила Герми.
- Так о чем ты хотела со мной поговорить? – оставив ее вопрос без ответа, поинтересовался Рон.
- О нас. – Едва слышно прошептала Гермиона.
Рон перестал зашнуровывать второй ботинок и посмотрел на нее.
- Ты имела в виду наши постоянные ссоры?
- Ну…И да, и нет.
- О! – произнес Рон. – Ну ты, это, садись, что ли, - предложил ей Рон, показывая на небольшой мягкий диван в углу спальни.
- Спасибо. – На ходу поблагодарила Герми и села. Рон уселся в кресло напротив, и внимательно на нее смотрел.
В комнате повисла гнетущая тишина. Они не знали, о чем говорить. Что бы разрядить обстановку, Герми спросила:
- А где Гарри?
- Он же вниз пошел, еще при тебе. – Удивленно заметил Рон.
- А, да, прости, забыла, - смутилась Гермиона. – Как ты думаешь, разве можно нормально общаться, при этом постоянно ссорясь и оскорбляя друг друга? Мне это уже ужас как надоело! – резко перешла к цели своего визита она.
- Мне тоже! – воскликнул Рон и распрямился в кресле. – Такое ощущение, что это замкнутый круг! Только помиримся, то тут же ссоримся! И что мы за друзья?! – возмущенно воскликнул Рон и умолк.
Гермиона подняла глаза на него.
- Да, я согласна с тобой. Ведь с Гарри я не ссорюсь, да и ты почти нет, - она улыбнулась.
- Ну, знаешь ли, дорогая, с нашими ссорами не сравнить!!! – оскорблено крикнул Рон.
- А что ты орешь на меня?! Совсем с ума сошел?!
- Прекрати хамить! – Рон подскочил с кресла. Он только открыл рот для того, чтобы разразиться пламенной тирадой и поднял руки, чтобы усилить впечатление жестикулируя, как весь обмяк, и плюхнулся на диван рядом с Гермионой.
- Прости. Ну вот опять. Это не выносимо. Просто меня очень задевает, когда говорят про ссоры меня и моего лучшего друга. Я знаю, это глупо, но ничего не могу с собой поделать.
- Но когда Гарри говорит про наши ссоры, ты ничего не делаешь! – возмутилась Гермиона.
- А ты уверена, что ты мне друг? – посмотрел на нее Рон.
- А кто же? – поинтересовалась Гермиона.
Рон продолжал на нее смотреть. Вдруг, он наклонился к ней, и она почувствовала его горячие дыхание…Совсем близко…Она закрыла глаза, и ощутила, как кончики его губ коснулись ее губ. Ей казалось, что земля уходит из под ног, и безумно закружилась голова. Еще чуть-чуть…Еще ближе…
- Да было классно! Ребята, сходим завтра в Хог…смит…- оборвал фразу Дин Томас и посмотрел на диван.
Рон с Гермионой подпрыгнули от неожиданности и отодвинулись друг от друга на приличное расстояние, не забыв при этом покраснеть. Мальчики, которых Дин привел с собой, и сам Дин, тихонько засмеялись. Гермиона подскочила с дивана и оскорблено воскликнула:
- Мальчики, вас не учили манерам?! Хотя я все равно собиралась уходить. – Она подошла к двери, на прощание улыбнулась Рону и вышла.
Рон тоже встал.
- Ты куда?- ухмыльнулся Дин. – Догонять свою любовь?
- Не твое дело, понял?! – рассердился Рон. – И вообще: я слышал, вы завтра в Хогсмит собираеть? Скорее бы наступило завтра! – съязвил Рон. Он открыл дверь, и обернулся. – А иду я Гарри искать, понял?
- Чтобы похвастаться перед Гарри, что совратил его подругу, да? – в ответ съязвил Дин.
- А ты завидуешь, да? Интересно, какая девчонка на тебя посмотрит? – состроил недоумевающую рожу Рон и вышел из спальни, под возмущенные вопли Дина.
Глава 4.Опасная игра.
Рон пулей вылетел из гостиной, не заметив спящего в кресле Гарри, и пошел, куда глаза глядят.
« Как так можно?! У них есть совесть?!» - возмущался про себя Рон. – « Сколько лет я только и делал, что мечтал об этом моменте, когда смогу наконец-то признаться ей, и они мне помешали!!!» - его гнев был ужасным.
Видимо, размышляя, он шевелил губами, но не замечал удивленных взглядов девчонок, возвращавшихся из Большого Зала.
В такой задумчивости Рон налетел на Чжоу Чанг.
- Ой! – воскликнула она, и все книги, которые она несла с собой, разлетелись по полу.
- Ой! – тут же воскликнул Рон. – Прости, пожалуйста, я задумался. Давай помогу все собрать. – Сказал Рон и одновременно с Чжоу нагнулся за красивой книгой в ярком переплете. Чжоу смущенно подняла на него глаза, но он даже не взглянул на нее. Вместо этого он не сводил глаз с книги.
- «Унесенные ветром»! Магловская книга! Откуда она у тебя? – удивленно взглянул на нее Рон.
Она покраснела, облизала пересохшие губы, и сказала:
- Это подарок от Седрика. Это моя любимая книга.
Она встала, прижав к груди остальные книги. Рон протянул ей «Унесенные ветром», все еще не сводя с книги удивленного взгляда.
Возьми. Мне очень жаль. – Добавил он.
- Мне тоже. – Ответила Чжоу и побежала вперед по коридору, заливаясь слезами.
Эта встреча остудила Рона, и он решил вернуться в гостиную.
Войдя в просторную комнату, он увидел, что в ней уже никого нет. Только из спальни мальчиков доносились крики.
- Хм, - сказал на это Рон.
Он подошел к потухающему камину и сел на ковер близ него. Подогнув колени под себя и, оперевшись локтями на подушку, он уставился невидящим взглядом в камин.
Прошло 15 минут, пол часа, час…А он все сидел и не шевелился.
Крики из спальни мальчиков давно уже утихли, было очень поздно, но спать не хотелось.
Вдруг, он услышал шорох юбки и негромкий стук каблуков.
Рон едва разогнулся, так у него затекли конечности! Он пошевелился и перевел взгляд на вошедшего, но тут же закрыл глаза, поскольку эти движения отдались дикой болью.
« О боже! – подумал он. – Как все болит! Сколько же я просидел так?!» - он открыл глаза, но быстро закрыл их, слишком сильно они болели.
« Интересно, кто это не спит в такое время? И вообще, сколько сейчас времени?»
Он опять быстро открыл глаза и посмотрел на того, кто вошел.
Эта была Гермиона. Она спустилась вниз лишь в ночной рубашке и накинутом сверху халате. Рон тут же отвел глаза и смутился. Больше всего на свете он не хотел ее сейчас видеть. И именно из всех учеников Гриффиндора он встретил именно ее! Он слегка застонал.
« Ну что за невезучий день!»
Рон зажмурился, и, собрав всю свою волю в кулак, встал. Единственное, что радовало его, так это то, что в гостиной было темно, и лишь потухающий огонь в камине был единственным светом. Он повернулся спиной к огню и лицом к Гермионе. Получилось, что он стоит во мраке, и виден только силуэт, однако Герми была ярко освещена. Рон еще раз оглядел ее. Да, она очень хороша! Белая, до колена, ночная рубашка, и нежно-зеленого цвета полупрозрачный халатик красиво подчеркивали ее слегка худоватую фигуру. Длинные каштановые волосы вразброс лежали на плечах, и большие карие глаза смотрели слегка удивленно, но Рон прочитал в них скрытую нежность, которую Гермиона старательно пыталась спрятать, но это у нее совсем не получалось.
- Хм…Я не ожидала тебя здесь увидеть, - неожиданно холодно сказала она и подошла к столу, чтобы взять книгу.
Рон улыбнулся.
- Твоя холодность глупа и нелепа. Особенно теперь и сейчас. И тебя выдают твои глаза.
Он подошел к ней и поднял ее подбородок вверх. Она холодно глядела на него. Тут он отошел и рассмеялся.
- Вы такая глупая, моя дорогая! Зачем вы надеваете маску холодности? – его бровь медленно поднялась вверх, а во взгляде читалась нескрываемая насмешка.
Гермиона подогнула губы, она вся тряслась от гнева.
- Маску? Ха! Я не ношу масок! – неожиданно твердым голосом сказала она.
- Да ну? Ну что ж…- Рон сел и вытянул вперед свои длинные ноги, - Раз вы хотите играть так, то я принимаю ваши правила игры. – Садитесь, Гермиона Грейнджер, удивлен увидеть вас в столь поздний час. Какие ночные дела вас заставили спуститься сюда? Свидание? – Он вопросительно на нее посмотрел. – Нет, не свидание. В таком виде это невозможно. Даже жена не всегда может в ТАКОМ виде предстать перед мужем. Хм…Что же тогда? Учеба? – Он бросил взгляд на часы, стоящие на каминной полке. – Нет, в час ночи учеба – это уже извращение. Вы же не извращенка, не так ли? – его лицо оставалось серьезным, но глаза в открытую смеялись над ней.
- Прекратите! Слышите?! Прекратите сейчас же! – единственное,что она хотела, так это его ударить, больно-больно!
А он смеется! Опять, опять смеется! Этим своим противным смехом! Да как он смеет?
- А почему вы разговариваете со мной на «вы»? – ехидная улыбка появилась на его лице.
Да...Замолчите! Уходите прочь! Слыши…те… - Она сбилась.
« О, нет! Он издевается надо мной! Почему я говорю с ним на «вы»? Что происходит?»
- Уйти? – он говорил, медленно растягивая слова. – Ладно…Спокойной ночи, моя кошечка. – Он улыбнулся ей, но в его улыбке читалась все та же насмешка.
Вдруг он остановился у подножия лестницы, и резко развернулся. В два шага он преодолел расстояние, разделявшее их. Он взял ее за голову, и поцеловал. Долго, страстно. Потом отошел от нее на шаг, и улыбнулся все той же ехидной улыбкой. Гермиона посмотрела на него, и что-то в его виде ей напомнило кого-то, но вот кого…О, да! Она вспомнила! Это же Ретт Батлер из «Унесенных ветром», магловская книга, которую давала ей почитать Чжоу Чанг! Она вспомнила, что за маской этой насмешки скрывалась безумно сильная любовь…О, нет! А ведь она ведет себя совсем, как Скарлетт! Она вспомнила конец…Нет, так не будет, нет!
Она быстро шагнула к нему, и обвила руками его шею.
- А теперь ты смешен. Не надо, я не позволю. Я не буду играть в ТАКУЮ игру. Она кончится плохо. Ни к чему. Такое уже было. Повторять не стоит. Я решила. Нет. – И она поцеловала его.
Рон не понял ничего, из вышесказанного, но понял, что он ей смешен. Однако ответил на поцелуй. Потом он отстранил ее от себя, и сказал, с улыбкой, но искренней, и без насмешки:
- Ладно, спокойной ночи, котенок. До завтра. – И быстро чмокнув ее в щечку, поднялся в по лестнице, и скрылся за дверью, ведущей в спальню мальчиков.
Гермиона проводила его долгим взглядом.
Потом она медленно повернулась, и не торопясь пошла в свою спальню.
« Нет, все будет иначе, иначе. Я не дура. Я не упущу любимого из под своего носа.»
И, счастливая, тихо вошла в комнату, и тихонько закрыла за собой дверь. Она была еще маленькая и слишком глупая. Она не знала, что если что-то случится, ничего не сможет сделать. Она думала, что сама Судьба вместе со Счастьем постучалась в дверь. Но открыла ли она свою дверь? Впустила их? Не испугала? А если нет, то откроет? Примет ли их? Она не думала об этом. Ей было хорошо, она была счастлива, а о своих ошибках начинаешь задумываться только потом, когда уже поздно.
А книга, за которой она спустилась, все так же осталась лежать на столе…
Глава 5 Две тяжелые недели.
Часы шли за часами, дни за днями, недели за неделями…Счастье Гермионы было слишком велико, чтобы можно было его описать. Да и Рона тоже. Но...Наступило время перемен. У всех. Теперь предстояло разобраться в своих отношениях и остепениться. Но все по порядку.
***
- Герми, дорогая, ну съешь хоть кусочек! – Сказал Рон, пытаясь запихнуть в нее кусок ветчины.
- Не хочууу… - Захныкала она. – Меня тошнит!
- Ну тогда попей соку!
- Нееет…Я не хочу соку!
Рон устало развел руками. Какая она, оказывается, капризная! Болеет уже вторую неделю, а лечиться совсем не хочет!
Он встал и подошел к зеркалу. Да, как он, оказывается, измотался! Под глазами синяки, не сбрит его юношеский пушок над губой и на подбородке, не расчесан, похудел, осунулся...Как глупо он смотрелся в распахнутой настежь рубашке и мятых брюках! А какое усталое выражение лица и печаль в глазах…
«О, боже! Ну когда же она наконец выздоровеет?!»
Он отошел от зеркала и направился к выходу.
- Ты куда?! Оставляешь меня одну?! Ты меня совсем не любишь!!! – Воскликнула Гермиона и на ее глазах заблестели слезы.
Рон тяжело вздохнул и поплелся к ее кровати.
«Ну когда же это кончится наконец?! Ох, как я устал от нее!»
Он сел на край кровати, нежно улыбнулся, и поцеловал ее в лоб:
- Дорогая, мне нужно ненадолго выйти. Я надеюсь, ты меня поймешь, и перестанешь говорить всякие глупости, типа я тебя люблю…
«О, что же я сказал!»
- Упс, то есть…
- Во-во! Я так и знала! Кто она?! – первая слеза покатилась по щеке Гермионы.
«Ну, сейчас начнется!» - подумал Рон, и взял всю свою волю в кулак.
- Конечно, я не это сказать хотел! Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя, и твои слезы здесь абсолютно не к месту! – Он наклонился к ней, и губами стер слезу. – Я скоро приду. А ты пока хоть что-то съешь!
Рон вышел, а Гермиона нахмурилась.
«Нет, мне кажется, что он стал меня избегать, и не любит больше! Ну я же не виновата, что я заболела и не могу быть милой и веселой! Как он не понимает?! О, что же мне делать?!»
Она сползла вниз и закусила одеяло. Она плакала. Ей всегда казалось, что любовь приносит только радость и счастье. Ведь они с Роном уже полгода вместе! И все было так хорошо! До ее болезни! А может…
Она выпрямилась в кровати. Да нет, глупости! Конечно, нет! Он стал такой странный и нервный только потому, что очень сильно за нее переживает! И, конечно, до ее болезни все было просто идеально! Ну, что греха таить, ругались они почти каждый день, но зато как им хорошо было вместе!
Гермиона закусила губу и снова сползла вниз. Теперь она улыбалась. Как они гуляли по берегу озера, а зимой бегали по льду! Как они встречались в коридорах и улыбались друг другу, как они целовались, обнимались, болтали или просто сидели и смотрели друг на друга! О нет, конечно, конечно он любит ее так же сильно, как она его!
«Он такой печальный и усталый! Что я могу для него сделать?»
Она оглядела комнату. Ну конечно, хоть капельку поесть и попить! Но как не хочется!
Кряхтя, она села на кровати и взяла поднос.
«Фу, какая гадость! Ну когда же у меня появится аппетит?!»
Поднеся ко рту кусочек ветчины и, откусив его, она поморщилась.
«Фу-у-у! Как не вкусно! Ну что не сделаешь ради любимого человека?!» - и на радостях откусила еще кусок.
***
Выйдя из комнаты, Рон облегченно вздохнул, и оперся спиной на закрытую дверь.
«Фух, слава богу! Наконец-то я от нее отдохну!» - он сполз вниз и обхватил руками колени.
«А Гарри еще смеется, говорит «пожинай плоды любви»! Черт бы его побрал! Друг, называется! Нет бы хоть немного посидел с этим нытиком, так он говорит, у него уроки! А у меня нет, что ли? Что б ему провалиться! Ему-то хорошо, ему всегда лучше, чем мне!»
Рон со всей силы ударил кулаком по стене.
- Рональд Уизли, ты что, решил сломать стену?!
«Упс, это мама! Так-с, бегом в ванную!»
И Рон пулей взлетел по лестнице и скрылся за дверью, ведущей в ванную комнату.
Была только середина июня, и Гарри пустили погостить к Рону. На сколько затянется это «погостить» никто не знал, да и не хотел знать. Ведь так классно, когда друг всегда рядом! А места теперь в доме навалов – близнецы уехали вместе с папой, Артуром Уизли, к старшему брату. В доме осталась только миссис Уизли, Рон, Джинни и Гарри.
Рон быстро, помылся, побрился, завернулся в халат и поднялся в свою комнату. Там он оделся, наодеколонился, улыбнулся и побежал к Гермионе. Его плохое настроение улетучилось, и он даже успел по ней соскучиться!
Вбежав к ней в комнату, он так и замер с открытым ртом.
Гермиона, согнувшись в три погибели на кровати, с таким кислым выражением лица, как будто съела 5 лимонов без сахара подряд, «запихивала» в себя последний кусок ветчины, принесенный Роном ей на завтрак…Смотрелось это более чем странно.
Когда рот у Рона закрылся, он рассмеялся. Гермиона от неожиданности подскочила на кровати, и, потеряв равновесие, плюхнулась на пол, зацепив ногами одеяло, которое полностью ее накрыло.
На мгновение Рон перестал смеяться, но вскоре расхохотался с новой силой. Гермиона же в это время барахталась под одеялом, пытаясь вылезти наружу.
Все еще посмеиваясь, Рон взял себя в руки, и направился к ней.
Подойдя к бесформенной куче, шевелящейся на полу, он наклонился, и, нащупав под одеялом тело Гермионы, кое-как поднял ее на руки. Гермиона же в свою очередь забарахталась еще больше, и Рону пришлось прижать ее к себе сильно-сильно, что бы она не упала.
Наконец, после многоминутной борьбы, из-под горы ткани показался глаз Гермионы. Рон наклонился и поцеловал глазик. Потом на свет божий появился второй. Рон поцеловал и его. Затем показался носик. Его постигла та же участь. Но когда Гермиона окончательно скинула с лица одеяло, и Рон нагнулся к ней, чтобы одарить поцелуем и ее губы, она попыталась его укусить. Рон состроил недоуменную рожу и решил повторить попытку. Но вместо губ ему удалось поцеловать только щечку. Тогда он тяжко вздохнул и понес Гермиону к кровати.
Он аккуратно ее уложил и присел на краешек кровати рядом с ней.
- Вредная маленькая мамзелька, - констатировал с улыбкой Рон.
- Наглый большой нахал, - ответила ему Гермиона, но тоже с улыбкой.
Пользуясь моментом, пока Гермиона потеряла бдительность, он наконец-то ухитрился ее поцеловать. Гермиона не стала сопротивляться, и ответила на поцелуй.
Рон распрямился.
- Ну вот, а ты вредничала. Ладно, поспи, а потом мы измерим тебе температуру. Хорошо?
Гермиона в ответ только кивнула.
***
Гарри сидел, и рассеянно вертел в руках очки.
«Бедняга Рон! Как он уже с ней намучился!» - Гарри улыбнулся. «Ну ничего, теперь он узнает ее получше».
Тут улыбка сползла с его лица, и он тяжело вздохнул. Прошло уже полгода с того момента, как Рон и Герми встали встречаться, а они все ни как не могут насладиться обществом друг друга. Все время вместе. Уроки делали вместе, гуляли вместе, в библиотеку ходили вместе…
Гарри еще раз вздохнул. Как ему не хватало общества и внимания друзей!
Вдруг, в дверь кто-то постучал. Гарри быстро, с горем пополам, напялил на себя очки и подскочил.
« Ну неужели они вспомнили обо мне!» - мысли вихрем проносились в голове мальчика.
Дверь открылась…и на пороге стояла Джинни.
Гарри сразу весь обмяк, едва увидел ее, и устало плюхнулся на кровать. Снова снимая с себя очки, он сказал:
- А, это ты Джинни…Проходи.
- Ты не рад меня видеть? Я могу уйти, - нахмурилась Джинни.
- Нет, ну что ты! Конечно, я рад тебя видеть!
Джинни хмыкнула, но прошла в комнату и закрыла за собой дверь.
- Другого я и не надеялась от тебя услышать. Ну, в общем, это и не важно. Гарри, нам нужно поговорить.
Гарри опять быстро надел очки и посмотрел на нее.
- Нам?! О, чем?
- О тебе и твоих друзьях.
Гарри снова обмяк и проговорил:
- Ты о ком?
- О Роне и Гермионе, естественно!
- А, об этих…
- Гарри, прекрати валять дурака! Как будто у тебя есть еще друзья!
Гарри замялся, но потом ответил.
- Есть!
- Кто же? – Удивилась Джинни.
- Ты! – подскочил к ней Гарри.
Джинни рассмеялась и отмахнулась от него. Но Гарри схватил ее за руку и потащил к дивану.
- Куда ты меня тащишь?! – воскликнула Джинни.
Гарри не отвечал. Когда он достиг «пункта назначения», он уселся на диван и посадил ее к себе на колени.
Джинни удивленно пялилась на него.
Гарри провел рукой по волосам Джинни и посмотрел на нее. Увидев ее озадаченное и удивленное лицо, он рассмеялся и посадил ее рядом с собой.
- Глупышка! – Воскликнул он и потрепал ее по щеке.
Джинни только улыбнулась.
- Ну если Я глупышка, то тогда ТЫ круглый и набитый соломой дурак.
Гарри открыл было рот, что бы возразить, но Джинни быстро прислонила палец к его губам, заставив этим жестом его замолкнуть.
- Слушай, и внимай. И не смей перебивать! – Улыбаясь, воскликнула она, увидев, что он опять попытался открыть рот, чтобы что-то сказать.
Глава 6. Ошеломляющая новость..
- Смотрите!!!!! Смотрите, что написано в «Ежедневном пророке»!!! – вопил Рон, выруливая из-за угла, и, чуть не упав, подлетел к столу.
Гарри, подносивший вилку с кусочком яичницы ко рту, услышав крики Рона, выронил вилку. Гермиона, тоже завтракающая со всеми, выронила стакан из рук, и апельсиновый сок забрызгал всех сидящих за столом. Миссис Молли Уизли схватилась за сердце, а Джинни чуть не упала со стула, но вовремя успела ухватиться за край стола.
Одним движением смахнув всю посуду и приборы со скатерти, Рон расстелил газету.
- Вот, читайте! ПЕРВАЯ полоса! – воскликнул он, и в его глазах заиграли зеленые огоньки.
Все с любопытством вытянули шеи, и прочитали яркий заголовок:
« Министерство магии приняло решение начать войну с Тем-Кого-Нельзя-Называть.»
И ниже следовало чуть меньше, но не менее жирно:
«Ведется набор молодых людей в армию, окончивших школы, и не достигших возраста 40 лет».
Еще ниже следовала статья:
« Министр Магии Корнелиус Фардж подписал указ о начале военных действий против Того-Кого-Нельзя-Называть и пожирателей смерти. Так же он обратился с просьбой ко всем волшебникам, работающим в Министерстве, начать собирать армию, состоящую из волшебников, окончивших школы магии. Так же министр лично посетил профессора Дамблдора, директора школы чародейства и волшебства Хогвардс, и предложил сотрудничество, на что Дамблдор ответил, что «не слышал более глупой просьбы из уст волшебника, тем более министра» и что эти слова повергли его в шок. «Если вы решили воевать против Волан-де-Морта, - говорит профессор Дамблдор, - то объединиться должны все волшебники и волшебницы мира, и так, прошу заметить, ТОЛЬКО так мы можем рассчитывать на победу, или, по крайней мере, не на проигрыш». Последние слова своей фразы профессор комментировать категорически отказался. «Понимайте, как хотите» - все, что он ответил на просьбы министра и его подчиненных, приехавших вместе с мистером Фарджем.
Министр магии рассказал Дамблдору о том, что он собирается набирать армию, состоящую из мужчин, окончивших школу и не достигших 40 лет, на что Дамблдор заявил, что «через некоторое время, когда пройдет пара-тройка битв, вы призовете в армию не только дедков, которым перевалило за 70 (как я, к примеру), но мальчиков, начиная с 5 курса.»
Это заявление повергло всех в настоящий шок. Министр, Корнелиус Фардж, заявил, что профессор Дамблдор «мелит полную чушь», и что он, Корнелиус, за всю свою жизнь не слышал более «дерзкого» и «бездарного» заявления, даже из уст профессора Дамблдора. Сам же профессор Дамблдор только ухмыльнулся, и произнес магловскую фразу: «Фома не верующий» и «Помяните мое слово», чем, собственно, окончательно обескуражил всех собравшихся у него. После этого профессор достаточно бесцеремонно выставил всех за дверь, подмигнув на прощание министру, и сказав, что «если возникнут ко мне вопросы или понадобится помощь, посылайте мне сову». На этом визит окончился.
В скором времени все представители мужского пола, младше сорока, но имеющие волшебное образование, получат сов с письмами, где будут приглашены в армию «волшебников и магов со всего мира», а так же указания, что нужно будет сделать, и делать в дальнейшем.
На вопрос, почему министр принял такое решение, мистер Корнелиус Фардж отказался отвечать. В одном разговоре он заикнулся о великанах, чем вызвал бурю негодования, но так же отказался комментировать сказанное.
Так же…» - и так далее, и так далее. Вся статья заняла около четверти газеты, где большей частью повторялось одно и тоже.
Дочитав статью до конца, и перечитав ее несколько раз, все собравшиеся за столом уставились на Рона, как будто это он сочинил.
- Это…шутка? – спросил Гарри.
- Хотелось бы надеяться, - вздохнул Рон, плюхаясь на стул. – Вы только подумайте, только прикиньте, сколько работы теперь будет у папы с этой войной!
- А при чем тут твой папа? – Равнодушным голосом спросила Гермиона.
- М-м? – Рон развернулся лицом к ней. – Гермиона! Ты выздоровела! – он подскочил к ней, и, чмокнув ее в щечку, обнял за плечи.
- А при чем тут твой папа? – все таким же голосом, словно робот, повторила она.
- Ну как же при чем, Герми, дорогая! Это же война! Понимаешь? ВОЙНА! Как эту войну скрыть от маглов, чтобы не обнаружился наш, волшебный мир?
- А, ты об этом! – равнодушно протянула Гермиона и подняла на него остекленевшие глаза.
- Что значит: «А, ты об этом?»?! О чем же еще? Разве есть что-нибудь важнее этого?
- Да, есть. – Севшим голосом прохрипела Гермиона.
- Что же? – удивленно взглянул на нее Рон и сделал шаг назад, от нее.
- Ты и Гарри. – Все так же равнодушно, словно речь шла о платье, погоде или пироге, ответила Гермиона.
Напрягшийся было Рон опять расслабился, и, улыбнувшись, проворковал:
- Ну мы же еще не окончили школу, милая…
- Не окончили?! – закричала Гермиона, подскочив с места, и словно очнувшись из транса. – Не окончили?! Ты каким местом читал, идиот! – она схватила газету и ткнула ему ею в нос. – Вот, читай! «Дамблдор заявил, что «через некоторое время, когда пройдет пара-тройка битв, вы призовете в армию не только дедков, которым перевалило за 70 (как я, к примеру), но мальчиков, начиная с 5 курса». – Вслух прочитала она. – Понял, дубина?
- Во первых, я не дубина, - проскрипел сквозь зубы Рон, - во вторых, я все давным давно понял, и в третьих, это только слова, нет, предположения Дамблдора. Указа и заявления такого не было.
- Ооо, какой же ты олух! – со всей силы треснув кулаком по столу, воскликнула Гермиона. – Скажи на милость, когда Дамблдор ошибался, или когда его предположения не были правдивыми?!
Тут Рон не выдержал и, со всей силы толкнув ее на стул, закричал:
- Всем свойственно ошибаться! Я вижу, это твое хобби, устраивать скандалы и наводить панику!
- Да как ты смеешь… - прошипела Гермиона.
- Заткнись! Ты истеричка, вот ты кто! Ты…
Но Гермиона не дала ему договорить. Подскочив со стула, она со всей силы дала ему пощечину, и со словами: «Все, с меня хватит!» вылетела вон из столовой.
- Черт бы ее побрал! – стукнул кулаком по столу Рон и, громко хлопнув дверью, выбежал на улицу.
- Да… - Протянул Гарри и выразительно переглянулся со всеми сидящими за столом.
***
К обеду ни Рон, ни Гермиона (которая тоже потом вышла «прогуляться») не появились. Зато ужин прошел в весьма натянутой обстановке. Гарри и Джинни, как могли, старались развеселить всех собравшихся за столом, но кроме кислых улыбок и пустых взглядов не добились ничего.
Едва притронувшись к еде, Гермиона встала, и со словами «я очень тороплюсь» помчалась наверх в свою комнату. После этого заявления все взгляды устремились на Рона, но его лицо не выражало ровным счетом ничего, разве что он стал более усердно жевать пирог из говяжьих почек.
Отужинав, все, кроме Гермионы, собрались у камина с кружечками сливочного пива или же «кофя» (с ударением на последний слог - так обозвала миссис Уизли магловский напиток «кофе», неожиданно вошедший в моду среди волшебников).
Разговор велся исключительно о статье в «Ежедневном пророке» и нескольких других газетах. Рон иногда кивал и поддакивал, но все видели, что он думает о чем-то своем. Вскоре в свои думы погрузились и Гарри с Джинни, и миссис Уизли разглагольствовала о войне одна, иногда получая поддержку от друзей. Через некоторое время Джинни покинула маму и мальчиков, а миссис Молли Уизли ушла спать, поскольку у нее сегодня целый день болела голова, и даже заклятия не помогали.
Гарри, оставшись один на один с Роном, попытался отвлечь друга от грустных мыслей.
- Да, видно твою маму сильно шокировала статья в «Пророке», да и меня, если честно.
- Да, меня тоже. – С отсутствующим видом откликнулся Рон.
Тут Гарри не выдержал:
- Как глупо! Вы так глупо поссорились с Гермионой!
Рон пожал плечами:
- Как получилось, так и поссорились. Мы ссоримся с завидным постоянством и всегда из-за ерунды, типа ее новой юбки или моего доклада по прорицаниям.
- Удивительно, когда вы успеваете ссориться! Я смотрю, вы все время друг на друга в обиде.
Рон опять пожал плечами.
- Бывают те редкие минуты, когда мы перестаем орать друг на друга и набираемся сил перед новой стычкой и вытекающего из нее скандала.
Повисло гнетущее молчание. Рон вздохнул:
- Знаешь, о чем я думаю?
- Нет, - встрепенувшись, ответил Гарри. – О чем?
- А думаю я, Гарри, о том, не сказать ли мне ей два страшных слова.
Сердце Гарри подпрыгнуло, и скрылось в неизвестном направлении, видимо к пяткам.
- Каких? – облизав пересохшие губы, прохрипел он.
- «Все кончено», - равнодушно сказал Рон. – Разве это не очевидно?
Гарри потерял дар речи.
- Как? – только и смог вымолвить он.
- А так, обыкновенно. Я устал, Гарри, очень устал. – Вздохнул он, и, встав, подошел к камину. – И я уверен, Герми устала не меньше.
- Но ты же ее еще любишь!
Рон взял в руки статуэтку эльфийки и с задумчивым видом вертел ее в руках. Через несколько минут он вымолвил:
- Да, люблю. Разве это что-нибудь меняет? Моя любовь не могла, не смогла, и я уверен, не сможет оберечь нас от ссор и скандалов, - Рон поставил статуэтку и обернулся к Гарри. – Понимаешь, я боюсь, что в скором времени от этой любви не останется ничего, кроме злобы и ненависти. А лучше расстаться и остаться добрыми друзьями, чем дотерпеть все до конца и остаться врагами?
- Но ведь от любви до ненависти один шаг…
- Кто спорит? Но от ненависти до любви дороги нет. Не удивлюсь, если сегодня-завтра она мне скажет, что нам пора расстаться. – И, вздохнув, он опять сел в кресло и уставился в огонь.
Гарри покачал головой.
- Ты не прав, Рон.
- М-м? – переспросил Рон.
- Ты не прав! – чуть громче повторил Гарри.
- В чем? – поднял удивленный взгляд на друга Рон.
- Во всем. Поверь мне, не делай ничего, как говориться «плыви по течению», и не сопротивляйся. Ведь она тоже тебя любит!
- Ты так думаешь? Но вдруг…
Рон не успел договорить. Друзья услышали легкий стук каблуков, и обернулись.
По лестнице спускалась Гермиона. У мальчиков невольно открылись рты. Она была одета в блистательное красное платье, стянутое тонкой тесемкой под грудью и дальше спускающееся свободными большими складками. Гермиона сделала прическу, которая больше всего ей шла – причудливо сложенные волосы, убранные наверх, и несколько завитых прядей, спадающих на лицо. Огромные серги-кольца, легкий блеск на губах и туфли на шпильке довершали картину, делая ее просто неотразимой.
Рон быстро закрыл рот и нахмурился. Взглянув на друга, он, ухмыльнувшись, ткнул его локтем в бок. Гарри очнулся, и смущенно посмотрел в сторону соседа. Тот лишь понимающе улыбнулся, и с абсолютно равнодушным видом обернулся к Гермионе.
- Собрались в конюшню покормить поросят? - с серьезным видом осведомился Рон.
- Ой, тебя не спросила! Делать мне нечего, тебя кормить! – отпарировала она.
- Меня кормить не надо, я уже большой, - скорчив рожу, проговорил он. – А вот мы, похоже, еще не выросли.
- Как будто тебе когда-нибудь приходилось меня кормить! – Отводя глаза в сторону, воскликнула она.
Бровь Рона удивленно поползла вверх.
Гермиона с решительным видом повернула голову и посмотрела на него. Выдержав его взгляд, полный насмешки, сказала:
- Я хочу тебе кое-что сказать. Это серьезно.
Рон тоже посмотрел на нее. Гарри затаил дыхание. Прошла минута, другая, третья…Гермиона молчала.
- Ну, что же, сударыня? Я жду! – Зевнув, сказал Рон.
Гермиона открыла рот, но лишь что-то прохрипела.
-М-м? Еще раз, и по-русски, пожалуйста. (прим. автора – поскольку фик пишется на русском языке, то, по-моему, было бы глупо написать «по-английски, пожалуйста». Поэтому я написала «по-русски». Простите, если не права.)
Гермиона гневно посмотрела на него. Рон молча ожидал своей участи. Гарри гадал – «скажет или не скажет».
- Я собираюсь на свидание! – выпалила она.
Рон с такой силой вцепился в подлокотники кресла, что костяшки его пальцев побелели.
- Ну уж нет! – промычал он.
- Что ты сказал? Я не расслышала, повтори, пожалуйста, – со смущенным видом проговорила она. – «Ну и врунья же я! Иду на танцы с компанией, состоящей из парней и девчонок, и уже «свидание»! Что же делать?» - она молча прикусила губу.
Рон равнодушно посмотрел на нее.
- Какие вежливые слова. Неужели ты стала меня уважать? «Пожалуйста!» Удивительно даже!
- Еще чего! – фыркнула Гермиона.
- А, ну тогда понятно. Выучила, перед свиданием-то. Кстати, кто он? Магл? – усмехнулся Рон.
- Магл! И, кстати сказать, довольно симпатичный! – усмехнулась Герми, а сама судорожно вспоминала, кто из этой компании симпатичный. Удостоверившись, что таких нет, она опять прикусила губу.
Рон как-то странно взглянул на нее, и, помедлив, сказал:
- Тебе лучше уехать из моего дома.
- Что?! – закричала Гермиона, никак не ожидавшая таких слов от него.
- Раз между нами все кончено, то я предпочел бы от тебя отдохнуть, - вставая, сказал Рон. – И, к тому же, я думаю, что ты тоже. – Добавил он.
Гермиона подняла на него испуганный взгляд.
- Что же я наделала! – воскликнула она.
- В каком смысле? – удивился Рон.
- Во всех! – она топнула ногой. – Хорошо, я уеду, но не я сказала, что все кончено! – со слезами на глазах, закричала она.
- Интересное кино. Она идет на свидание с «симпатичным маглом», и при этом хочет оставаться еще моей девушкой?!
- Да не иду я на свидание ни с каким маглом! – воскликнула Гермиона, и первая слеза покатилась у нее по щеке.
- Не понял я что-то. В каком смысле? – спросил окончательно ошарашенный Рон.
- В прямом! Я иду – шла – на танцы с компанией из пяти человек! Три мальчика и две девочки! И симпатичных среди них нет!
Рон что-то пробормотал не членораздельное, но в глазах его читался гнев и нескрываемая злость.
- Но я уеду! – с решительным видом продолжала она. – Тебе назло!
- Мне на радость… - пробубнил Рон.
- Ну что ж, замечательно! – сказала Гермиона, вытирая слезы и беря себя в руки. – Я уезжаю прямо сейчас.
- Нет! – Рон быстро подскочил к ней и взял ее за руку. – СЕЙЧАС я тебя не отпущу.
- Это почему же? – сдвинула брови Гермиона и, задрав подбородок вверх, попыталась выдернуть руку.
- Сейчас очень поздно и темно. И я тебя не отпущу. Уедешь на рассвете. И еще… - он замешкался. – Все кончено или нет?
Гермиона покачала головой и, выдернув руку из руки Рона, направилась к лестнице. У подножия она развернулась и повторила:
- Я уеду.
И, подумав, добавила:
- Так будет лучше для нас обоих.
- Но… - начал было Рон.
- Нет, если ты это хочешь от меня услышать. Не вижу причин. – И, развернувшись, взбежала по лестнице. Через несколько минут хлопнула дверь ее комнаты.
- Да уж, тебе придется уехать. Чтобы остаться в живых… - прошипел Рон.
Подумав, он обернулся к Гарри.
- Ты понял что-нибудь? Что, что ты смеешься?! Гарри! Гарри, прекрати!!! Слышишь?! Ты слышишь меня?!
Но Гарри не слышал. Он сидел в кресле и давился от хохота. Не выдержав, Рон рассмеялся тоже, совершенно не понимая, почему смеется.
Успокоившись, Гарри сказал:
- Видел бы ты свое лицо! Ох…Это было что-то. Давно я так не смеялся.
Рон посмотрел на него и нахмурился.
- Я ничего не понял из того, что она сказала. Все ее слова были ложью? - он вопросительно посмотрел на Гарри.
- Ну, про свидания – да. Про отъезд – нет. Что ты на меня так смотришь?
- Да так…
- Ааа…Понял. Знаешь, она замечательная девушка. Намного умнее нас. Она права. Вы просто устали друг от друга. И действительно – больше, чем полгода вместе! А еще если учитывать ваши характеры…В общем, вы еще не разбежались, а просто отдыхаете друг от друга. Усек?
- Ну так…Слушай, как ты еще можешь о нас с Герми думать? Мне самому от этих мыслей тошно!
Гарри улыбнулся.
- Ты же мой друг. Кстати, ты действительно хочешь, чтобы она уехала?
- Ужасно хочу! Нет, честно. Если она завтра не уедет, я ее ударю.
- А она тебя расцарапает. Ты ее толкнул, она тебе дала пощечину – первые шаги к исполнению ваших желаний. – Хмыкнул Гарри.
- И не говори… - Вздохнул Рон. – Эх, ладно! Пошли спать, я так устал!
- ОК, пошли.
У лестницы Рон остановился:
- Гарри, а ты не хочешь завести себе магловскую девушку?
- М-м? Это с чего вдруг? – изумился Гарри.
- Просто знаешь, я подумал…
- Отлично, малаца! – похлопал друга по плечу Гарри. – Ты делаешь успехи. «Я подумал…» Ах, как звучит!
- Да иди ты… - смущенно улыбаясь, оттолкнул от себя друга Рон.
- Ну, так о чем ты в кое веки подумал, хотелось бы мне знать?
- Ну сейчас входят в моду всякие магловские штучки, верно?
- Ну, да. – Согласился Гарри.
- Но ведь это не спроста. – Продолжал Рон. – Мне кажется это все для того, что бы скрываться от Того-Кого-Нельзя-Называть и пожирателей смерти. Подожди, не перебивай. Так вот. Мне кажется, что если у тебя будет девушка-магл, то никто не подумает, что ты волшебник.
- Идея – на вес золота, но с двумя нюансами. Первое: откуда они узнают, что это девушка-магл? И второе – все эти лица знают меня, как свои пять пальцев, и сколько бы грима мне не наложили, они меня узнают…
- Ах, да. Я как-то не подумал… - опять смутился Рон.
Гарри крепко сжал плечо друга:
- Не переживай за меня. Все будет хорошо.
- Ладно. – улыбнулся Рон и они обнялись.
- Ладно, пошли спать, а то глаза уже слипа-аются… - зевнул Рон.
- Почапали. – Улыбнулся Гарри и они направились в свою комнату.
Через несколько минут после того, как они скрылись за дверями спальни, в гостиную бегом спустилась Джинни. Схватив какую-то книгу, она взобралась по лестнице и скрылась за дверями комнаты Гермионы.
Глава 7. «Спокойствие»? – Ну что вы! Оно нам только снится!
- Рон! Рон! Да проснись же ты, соня! – воскликнул Гарри, пытаясь разбудить своего друга.
- Ааа? М-м… Что…Ну что опять… - попытался отмахнуться от Гарри «соня», но не тут-то было.
- Да проснись же ты наконец! – потерял всякое терпение Гарри и столкнул Рона с кровати.
- Гарри?! Ты с ума сошел! Что ты делаешь?! – возмутился Рон, потирая ушибленное место.
- Смотри, что мне написал Драко Малфой! – воскликнул Гарри, и потряс куском пергамента под носом у друга.
Эти слова подействовали на Рона лучше, чем душ ледяной воды или взорвавшийся под ухом снаряд.
- Драко?! Тебе?! Ты шутишь?! – Рон вылупил глаза и попытался вырвать пергамент из рук друга.
Гарри ловко отодвинул руку, и Рону удалось схватить лишь кусок воздуха.
- Я буду читать, а ты слушай! – тоном, не терпящим возражения, изрек Гарри. – Только если я запнусь, я не виноват. У него такой почерк! Я эту «писульку» 34 минуты читал.
Рон поднял на друга удивленный взгляд.
- Ну, я время засек, – смущенно пояснил Гарри, под хохот Рона, направляющегося в ванную комнату. – И вообще, если ты сейчас же не заткнешься, я тебе ничего не прочитаю!
- Харри! Ну хватит уже тебе меня учить! Щитай быстхей! – пробубнил Рон, чистя зубы.
- Слушай.
« Здравствуй, Поттер! Я хочу проявить по отношению к тебе великодушие, так что молись за меня вместе с твоим рыжим оболтусом и его грязнокровной девкой».
При этих словах Рон подавился, но не прокомментировал написанное.
«Во первых, - продолжал читать Гарри, - покорми свою тупорылую белесую сову, и радуйся, что я не свернул ей шею. Во вторых, предупреждаю: в этом году я приеду в школу со своей девушкой, она из ЧИСТОКРОВНОЙ волшебной семьи, и знает магию в 5 раз лучше, чем эта поганая заучка Грейнджер, поэтому припасись щитом, и парой-тройкой книг по обезвреживанию заклятий и предупреди этого Дамблдора, – Представляю себе его выражение лица и голос, когда он писал это, - хмыкнул Гарри, и продолжил: «чтобы он смог вовремя тебя спасти. Кстати, ты как, собираешься на войну? Как же, война – и без Мальчика-Который-Скоро- Сдохнет? Не может такого быть! Всей душой надеюсь, тебя там прикончат.
Малфой, Драко Малфой.»
Гарри с трудом дочитал письмо, и как только он произнес последнюю фразу, они с Роном расхохотались. Хохотали долго, но вскоре Рон, все еще посмеиваясь, сказал:
- Интересно, с какого магловского ясеня он рухнул? Писать ТЕБЕ письмо? ЕГО девушка? – с этими словами Рон опять рассмеялся.
Гарри скорчил рожу и сказал, с имитировав голос Малфоя-младшего:
- Влюбленный Драко! Обратите внимание! - И они с Роном принялись снова смеяться.
Окончательно успокоившись, Рон сказал:
- Дай-ка мне его письмо. У-у…Слушай, Гарри, да ты герой! ЭТО прочитать? Я тобой горжусь! – Поднял восхищенный взгляд на друга Рон.
- Рад стараться! – ухмыльнулся Гарри. – Только мне все это очень странно. Старина Малфой решил похвастаться, что нашел себе спутницу его никчемной жизни? – он вопросительно взглянул на Рона. - Стоп! – поднял палец вверх он. – А как он ее туда привезет? Она что, там собирается учиться? – Гарри взял письмо и перечитал его. – Нет, там про это ничего не написано. – Изрек он. - Значит, он у нас хвастун?
Рон нахмурился.
- Ну да. Нет, вряд ли. Мне кажется, это письмо с подвохом. Не знаю, с каким, но с подвохом.
- Не спорю. Ладно, пошли завтракать. А то ты уже, я смотрю, собрался.
- Угу, - напряженно кивнул Рон, и они двинулись к двери.
Чем ближе они подходили к столовой, тем сильнее напрягался Рон.
Войдя в столовую, он окинул ее таким взглядом, что Гарри невольно сжался. Но тут он услышал облегченный вздох Рона.
- Она уехала! – радостно шепнул он на ушко Гарри.
Гарри взглянул на него. «А он действительно рад, черт возьми!» - удивился он.
Но тут пришла очередь Рона удивляться.
- Папа?! Фред?! Джордж? Не верю своим глазам! Вы что тут делаете?! – подходя к ним, возмущался Рон.
-Да так, домой приехали, - вздохнул Джордж. – Фред, давай его утопим?
- Давай! – радостно согласился Фред и направился к Рону.
- Мальчики, а ну прекратите! – взмахнула сковородкой миссис Уизли.
- Ладно… - Вздохнул Фред. – Тебе повезло, малыш. – Добавил он, обращаясь к Рону.
- Малыш? – воскликнул Джордж, удивленно посмотрев на брата. Они переглянулись. Рон нахмурился.
- Колитесь, чего я такого сделал?
Джордж подмигнул Фреду, тот ему, и они подошли к Рону.
- Готовься, брат. Мама с папой будут читать тебе лекцию, - ехидно прошептал Джордж.
- О, да! Это будет страшно! – скорчил рожу Фред.
Рон открыл было рот, чтобы что-то спросить, как мистер Уизли сказал:
- Гарри, здравствуй! Я надеюсь, ты останешься у нас до конца лета? – И не получив ответа, он продолжил. – Как вы тут жили? Не безобразничали? – улыбнулся он.
- Да так, всего помаленьку, - улыбнулся Рон. – Ой, мама! А что это такое за лепешка?! – воскликнул Рон.
- Это называется «балынъ».
Все сидящие за столом прыснули.
- Не «былынъ», а «блин», мама, - поправил ее Джордж.
- Не важно! Рон, положи это на место! Это нужно есть!
- М-м?! – удивленно воскликнул он, подкидывая блин на ладони и делая в нем дырочки.
- Все за стол! Гарри, Джинни, хватит шептаться, садитесь завтракать! – позвала к столу друзей Молли Уизли.
Юноша с девушкой смущенно переглянулись, Джинни на последок шепнула ему еще что-то, и направилась к столу.
Рон перестал намазывать «балынъ» вареньем, и подозрительно на них покосился. Затем он посмотрел на Гарри, но тот, скорее всего нарочно, избегал его взгляда.
- Так я не понял, вы чего тут делаете? – с набитым ртом поинтересовался Рон.
- Эх…Нет, Фред, мы его не утопим. Мы его будем пытать.
Фред сговорчески подмигнул брату, и сказал:
- Мы здесь живем, Рон, или ты забыл?
Все за столом тихонько засмеялись, а уши Рона стали ярко-пунцового оттенка.
- Гарри, как я подозреваю, вы читали ежедневный пророк? – Обернувшись к мальчику, спросил Уизли-Старший.
- Да, мистер Уизли, а как же? – вежливо ответил Гарри, с улыбкой на лице.
- Ну, так вот, мы срочно потребовались в министерстве, и поэтому мы вернулись из Египта.
Только сейчас Гарри заметил, что все трое очень загорели, но его взволновал другой вопрос:
- «Мы»? Разве Фред с Джорджем тоже работают в министерстве?
- А разве Рон тебе не сказал? – не взглянув на сына, поинтересовался он у Гарри.
- О, нет, я забыл! – хлопнув себя по лбу, улыбнулся Рон.
Мистер Уизли пропустил его заявление мимо ушей:
- Так он тебе ничего не сказал?
Гарри с Роном удивленно переглянулись, и Гарри сказал:
- Нет, он мне ничего ТАКОГО не говорил. А что случилось?
- Фред с Джорджем теперь работают в министерстве в качестве моих помощников, - смущенно улыбнулся Артур Уизли.
У Гарри медленно отвисла челюсть.
- Фред? Джордж? – и как он не старался, ему не удалось сдержаться, и он расхохотался, под недовольные, и слегка сконфуженные взгляды четы Уизли.
- Ох, простите… - виновато кашлянув, потупился Гарри.
- Мама, пододвинь мне, пожалуйста, тарелку с…с… - Рон запнулся.
- Блинами, - пришел на выручку Фред и они с Джорджем сочувственно переглянулись.
Рон нахмурился.
- Да, мам, передай мне тарелку с блинами, пожалуйста, - повторил попытку Рон.
- Милый, ты так мне и не сказал, как вы доехали? – сделав вид, что ничего не слышала, поинтересовалась у мужа миссис Уизли.
Но ответ на этот незамысловатый вопрос ей получить не удалось, поскольку Рон не вытерпел:
- Да в чем дело, кто мне скажет?! Что я такого сделал?!
Близнецы Уизли сочувственно вздохнули, и Джордж сказал:
- Мы тебя предупреждали…
Рон даже не удосужился на него взглянуть, и лишь не сводил взгляда с мамы с папой.
- Ну?! – грозно взвыл он.
Мистер Уизли старательно ковырялся в тарелке, и упорно не замечал Рона. Миссис Уизли взяла платок и приложила его к глазам:
- Ты такой жестокий, сынок, я никогда об этом даже не догадывалась!
Гарри с Роном в немом удивлении уставились на нее.
- Что?! – прохрипел Рон, поскольку у него неожиданно пропал голос.
- Почему ты так обидел Гермиону? – все так же вытирая свои блестящие от слез глаза, спросила Молли.
Рон шумно выдохнул, и запустил обе руки себе в волосы, взъерошив и без того не идеальную прическу.
- Нет, ну почему, ты мне скажи? Она, бедняжка, так плакала, так плакала сегодня утром, когда уезжала. Это случилось, как раз когда приехал твой отец.
- Мама, милая моя, - сквозь зубы тихо выдавил Рон, но весь его вид выражал едва сдерживаемый гнев. – Давай ты не будешь судить о том, чего не знаешь, ладно? Я же не вмешиваюсь в ваши с папой разборки, верно?
Миссис Уизли тяжело вздохнула, и промолвила:
- Но она так плакала, так плакала…
Больше Рон этого терпеть уже не мог. Со всей силы швырнув вилку на стол, он развернулся и помчался к себе в комнату.
Гарри сочувственно на него посмотрел, и тоже поднялся:
- Миссис Уизли, спасибо за чудесный завтрак, - миссис Уизли что-то смущенно закудахтала, но Гарри продолжил, - мистер Уизли, Джинни, - и, кивнув всем по очереди, он встал.
Гарри едва сдерживал улыбку.
«Интересно, где я научился таким манерам? Уж точно не у Дурслей, это факт, - ухмыльнулся он, вспомнив Дадли и надутую тетушку Мардж, которая «полетала», благодаря безмерной «любви» Гарри к ней.
Размышляя, он направился к лестнице, но ту его окликнула Джинни:
- Гарри!
- М-м? – выходя из глубокой задумчивости, обернулся к ней Гарри.
- Ты…э-э…м-м…короче, ладно… - смущенно улыбнувшись, посмотрела на него она.
Гарри улыбнулся ей в ответ.
- Я зайду к тебе в комнату, как только освобожусь.
- Угу… - пролепетала сконфуженная Джинни под удивленные взгляды всех собравшихся за столом.
Глава 8. Разговоры, разговоры, и еще раз разговоры.
- Рон, ты как? Все в порядке? – поинтересовался Гарри, присаживаясь на край кровати рядом с другом.
- Все супер, замечательно, превосходно, лучше и быть не может! Разве ты не видишь?! – деланно-удивленно спросил Рон.
- Да брось ты… - улыбнулся Гарри.
- Бесит, - вынес вердикт Рон и плюхнулся на кровать, закрыв лицо руками.
Помолчав несколько минут, Рон спросил:
- А что там у вас с Джинни?
- А у нас что-то с Джинни? – удивился Гарри.
- Ну, тебе лучше знать, - пожал плечами Рон, не убирая ладоней с лица.
Гарри вздохнул.
- Да так…
- То есть… - Рон резко сел.
- Фух…Слушай, Рон, мы еще сами не разобрались, - покачал головой Гарри.
- Хм, под «мы» ты подразумеваешь себя?
- Рон, я…
- По-моему, Джинни не колеблется, да и никогда не колебалась. Пожалуйста, никогда не забывай, что она моя сестра.
- А я твой друг, - сощурил глаза Гарри.
- А она моя сестра, - пожал плечами Рон.
Повисло гнетущее молчание.
- Гарри, не играй с ней, не стоит, ты старше ее на несколько лет, она младше, глупее, не опытнее, - неожиданно, на одном дыхании, выпалил Рон.
- Ну, не скажи. У нее был Дин… - попробовал возразить Гарри.
- Я думаю, мы друг друга поняли, - звонким, громким голосом сказал Рон.
Гарри встал.
- Я думаю, действительно поняли.
И молча вышел из комнаты.
***
Джинни сидела у зеркала и прихорашивалась, когда услышала, что кто-то стучится к ней в комнату.
- Да, да, войдите! – выкрикнула она, заколов последнюю шпильку в своей модной в этом сезоне прическе.
- Джин, я поговорил с Роном, - сказал Гарри, проходя в комнату, и усаживаясь в кресло, рядом с камином.
Джинни удивленно приподняла бровь.
- Ну, я поговорил с ним о нас.
Теперь Джинни удивилась не на шутку, и, подскочив с места, упала Гарри на колени.
- Как, ты с ним поговорил?! Ну и как? Расскажи!!!
Тяжело вздохнув, Гарри начал пересказывать его разговор с Роном во всех подробностях. По мере его рассказа лицо Джинни мрачнело, а под конец она и вовсе недовольно нахмурилась.
- Я поговорю с ним, - с решительным видом сказала Джинни, слезая с Гарри.
- Нет, не надо! – испугался Гарри, и схватил ее за руку.
- М-м? Слушай, Гарри, брось придуриваться, он мне ничего не сделает, при этом это нужно, - покачала головой Джинни.
Гарри отпустил плечо девушки и, пожав плечами, сказал:
- Ладно, делай, что хочешь, мне все равно, - и быстро вышел из комнаты, под недовольный взгляд Джинни.
***
Немного полежав на кровати у себя в комнате, Рон решил сходить на кухню и пошастать в ящиках в поисках чего-нибудь съестного.
Спускаясь по лестнице, он начал думать о том, что сейчас делает Гермиона.
«Наверное, мастерит значки с лозунгами в защиту домашних эльфов, или уроки. О, уроки! Мне же еще нужно написать доклад по зельеваренью, иначе профессор Снейп меня убьет! Интересно, Гарри уже написал? Если да, надо будет списать. Хм, даю голову на отсечение, - ухмыльнулся Рон, входя на кухню, - что Герми уже все написала. Эх, мне бы ее мозги и трудолюбие…»
- Рон, ты что, ОПЯТЬ хочешь есть?! – воскликнула Молли Уизли, увидев входящего на кухню сына.
- Ага… - пробубнил Рон.
Миссис Уизли обреченно развела руками и закатила глаза:
- И как ты еще умудряешься не толстеть, а сохранять фигуру, скажи на милость?!
Рон хмыкнул.
- Ма, отстань, дай лучше что-нибудь перекусить.
- Могу предложить тыквенного сока и пирога с сердцем…этой…ну этой…как ее… - миссис Уизли стала сосредоточенно бить себя по лбу, вспоминая, с чем же она только что испекла пирог.
Обескуражено покачав головой, Рон направился к столу.
Налив себе тыквенного сока в высокий прозрачный стакан (подарок Гермионы), и отрезав большой и сочный кусок пирога с сердцем «этой», Рон сел за стол и, едя, стал наблюдать за мамой.
- Мам, успокойся! – улыбнувшись, сказал он через некоторое время.
Миссис Уизли смущенно кудахнула, и взмахнула своей волшебной палочкой. Тут же веник и савок принялись чистить пол, описывая весьма странные кренделя, и разбрасывая мусор по всей кухне. Молли Уизли взмахнула палочкой еще раз, но промахнулась мимо плиты, куда рассчитывала попасть, и заклятие попало в кувшин с тыквенным соком, вследствие чего он разлетелся в дребезги, залив соком и стол, и пол, и хохочущего Рона.
- Ух, ты, господи! – выдохнула она, быстро заменяя веник с совком на швабру, которая теперь очищала пол ничуть не лучше своих предшественников, и недовольно покосилась на развеселившегося сына, казалось бы, совсем забывшего о еде.
***
- Рон, нам нужно поговорить! – выкрикнула почему-то слишком громко Джинни, входя в комнату брата.
- Ааа? Ой, Джин, отстань! Разве ты не видишь, что я занят серьезным делом?! – отмахнулся от сестры Рон.
Не на шутку удивленная и заинтригованная Джинни подошла к Рону, и встала у него за спиной.
- Ты?! Серьезным делом?! Мать моя женщина, ты не заболел?! – Джинни озабоченно прислонила руку ко лбу юноши.
Рон опять от нее отмахнулся.
- Не остроумно, сестричка.
Джинни хмыкнула нечто невнятное.
- Так ты скажешь мне, чем занят? – подперев руками бока, возмущенно воскликнула Джинни.
Рон оторвался от «серьезного дела» и воззрился на сестру.
- Ах, наша малышка стала указывать МНЕ, что делать? Джин, детка, ты уверена, что здорова? – он обеспокоено на нее посмотрел.
- Не остроумно, братик, - ухмыльнулась Джинни.
Рон пожал плечами, что-то пробурчал, и принялся снова писать.
- Рон, ну что ты делаешь? – нежно-нежно пропела Джинни, и сделав большие глазки умоляюще посмотрела на брата.
- Да этот… - Рон хотел сказать очень нехорошее и неприличное слово, но решил, что при сестре все-таки не стоит. – Короче, его величество профессор Снейп задал ГРОМАДНЕЙШИЙ доклад по приворотным зельям. Нет, ну скажи, старикашка в своем уме?! Приворотные зелья! 6-10 листов пергамента! Ррр… - если учитывать, что вся тирада сопровождалась соответствующей мимикой, интонацией голоса и жестами, то рассмеяться было просто невозможно. И, конечно, Джинни не удержалась и громко расхохоталась.
- Ничего смешного… - буркнул смущенный Рон, изо всех сил стараясь сдержать улыбку.
- Ой, Рон, ты прелесть! – хохотала Джинни. – Я тебя обожаю! – она подошла к брату и обняла его за шею.
- Разве ты меня обожаешь? По-моему, ты обожаешь не меня, а…хм…кое-кого другого, - хмыкнул Рон, освобождаясь из объятий сестренки.
Джинни недовольно сморщила носик, и сев в кресло рядом с братом, сказала:
- Вот как раз об этом я и хотела поговорить, Рон. Мне уже не 7 лет, и даже не 12. Я уже достаточно взрослый человек, и могу отвечать за свои слова и поступки, и я не нуждаюсь в твоей заботе и опеке. Я понимаю, для тебя я навсегда останусь младшей сестренкой, глупым и неразумным ребенком, но…Это не так, - Джинни нежно улыбнулась.
Рон ничего не сказал, а лишь хмуро уставился в камин, который не топился добрых 17 лет, с момента его рождения.
Тут Джинни не выдержала:
- Рон, ну зайка, ну пойми же ты меня! Я тебя очень-очень люблю, но я уже ВЫРОСЛА!!! – с этими словами она запрыгнула к Рону на колени, крепко-крепко обняла и прижалась своей щечкой к его щеке.
В голове вихрем проносились мысли: «Я смогла, я смогла…»
Всю жизнь, из года в год, Джинни боялась брата. Она боялась его слов, поступков, жестов, выражения глаз, его издевательской ухмылке, смеха, колких шуток…И всю любовь, которую она к нему питала, Джинни пыталась «запереть» за 7 печатями. Ей всегда казалось, что он ее не любит, что она ему не нужна, что с ней он просто хочет самоутвердиться, показать, что он уже взрослый и сильный мужчина, доказать это, в первую очередь, себе… Ей никогда даже в голову не приходило, что он заботится о ней, переживает, беспокоится, любит… Джин никогда не знала, как мучился Рон на втором курсе, когда Том Реддл похитил ее и спрятал в Тайной комнате. Она не знала, как он переживал, когда у нее появился первый кавалер, и вот сейчас Гарри…Ей казалось, что он просто выпендривается, ревнует ее, но не как человека, а как свою собственность, вещь, принадлежащую ему. И Джинни было даже невдомек, что он просто боялся, боялся, что она совершит ошибку, что это причинит ей боль, что ее возлюбленный обидит ее, оскорбит, унизит, ведь ему казалось, что она еще совсем ребенок!
Но теперь все иначе. Теперь Джинни сумела найти в себе силы и мужество перешагнуть эту стену непонимания.
И сейчас, когда она сидела у него на руках и обнимала за шею, она ощутила себя уже взрослой девушкой, женщиной, сумевшей побороть свой глупый, безумный страх…
- Джинни, что с тобой, ты плачешь? – удивился Рон.
Джинни только рассмеялась. Ведь она не заметила сама, как заплакала…
