HPForum.ru

Доброго всем времени суток!
Что-то не особо кто-то читает мой первый фик, но я не обижаюсь: наверное, не особенно интересно. Что ж у меня созрело новое творение. Может быть, на этот раз оно вызовет больше откликов...

Название: В плену у красоты.
Автор: Silentiuma
Жанр: Флер POV
Пейринг: ФД/БУ (но это почти в самом конце)
Рейтинг: PG
Саммари:
Спойлеры: четвёртая книга (все последующие в этом фике не учитывались, возможно, они будут опорой к продолжению)
Дисклэймер: да ничего мне не надо! Все права, как обычно, принадлежат тёте Ро.

Посвящается моей лучшей подруге Патронусу, которая втянула меня во всю эту канитель (хотя я об этом нисколько не жалею!)

Если вы думаете, что быть наполовину вейлой – это предел мечтаний любой девушки, то вы глубоко заблуждаетесь. Хотя… об этом не мечтают только те, кто знает, каково быть в этой шкуре, а знают об этом всего два человека: я и моя сестра Габриель. А все остальные только и грезят о такой же внешности, как у нас. Но только не я!…
Слышали ли вы когда-нибудь о болезни, получившей название «синдром вейлы». О, да! Я уже вижу усмешки и слышу язвительный ответ: «Конечно, так говорят о глупеньких блондиночках с невинными голубыми глазками и огромным-преогромным эго!». Но я говорю не об афоризмах.
Как ни странно, эта болезнь действительно существует, и ей всю свою жизнь занимался мой дед, Орельен Делакур. Будь проклят тот день, когда он увидел моя бабушку, гиппогриф её задери!
Быть вейлой значит быть проклятой. Я не ручаюсь за достоверность, но существует легенда, что сам Мерлин проклял трёх сестёр, которые гнались лишь за внешностью и отвергали любовь окружающих. О, Мерлин дал им ослепительно сказочную красоту и магию очарования… но высока была цена за эти «блага». Он лишил их души и всех добрых тёплых чувств, оставив лишь самое чёрное: самовлюблённость, жестокосердие, надменность, непомерную гордыню…
Без души не может быть никакая красота. Немногие знают, каков наш истинный облик. Хотя на чемпионате в этом году… ха-ха! Стоило видеть эти лица, полные изумления и отвращения.
Мой дед влюбился в свою будущую жену с первого взгляда в самом буквальном смысле. (Хотя это, само собой, ненастоящее чувство: действие магии очарования вейл сродни приворотным зельям) Не знаю, почему моя «дорогая» бабушка решила осчастливить охмурённого Орельена этим браком; это, вообще-то, против обычаев вейл.
Так или иначе, мой дед так и не смог до конца победить её чары, хотя отчасти мог им противиться. (именно так он и заметил то, чего до этого прежде никто не видел или, вернее, не хотел видеть) Орельен Делакур был первым и последним, кто изучил эту болезнь жестокосердия, названную им «синдром вейлы» и даже… изобрёл лекарство
Увы, никто не воспринял его исследования всерьёз. Всем было трудно признать, что вейлы – не обычные волшебницы и нуждаются в помощи целителей. Открытие, совершённое моим дедом не было признано, и его лекарство не приняли и даже запретили.
Вы спрашиваете, а что же я? А я благодаря ему вейла лишь наполовину. Не буду вдаваться в научные подробности, в которых сама ещё не совсем разобралась, но в общем, если вейла принимает это зелье в течение всей беременности, то часть генов ребёнка мутирует (думаю, лучше пояснить. Гены – термин из магловского целительства. Так как мой дед был маглорождённым, он любил совмещать магию и «обычную медицину») и примерно четверть их у будущей дочери будет как и у всех нормальных волшебников. Почему именно девочки? Потому что ни одна вейла никогда не родит мальчика: это особенность физиологии. По теории моего деда, первой, кто сможет родить сына будет моя внучка.
О, мой дед был воистину гением зелий. Но всё же он не предусмотрел одну деталь: как будет себя чувствовать та, у которой генов будет, так сказать, пятьдесят на пятьдесят. Да, у меня тело вейлы, у меня чары и даже голос как у них, но душа-то у меня человеческая!
И чувствую я себя словно пленница в этой телесной оболочке. Как будто меня в качестве постороннего наблюдателя поселили в чужое тело: я всё слышу, вижу, чувствую, но ничего не могу сделать по-своему. Моим телом, словно марионеткой, управляет древнее проклятие. Я очаровываю, когда не хочу этого, веду себя надменно и самоуверенно даже с теми, кто мне дорог. Взгляд, манеры, речь не принадлежат мне. Я бы отдала всё на свете, чтобы иметь свободу воли, и, в первую очередь, свою треклятую внешность. Из-за неё у меня никогда не было ни подруг, ни парня. Всех девушек отталкивали мои надменность и холодность, а парни либо видели во мне просто красивую куклу, либо неизбежно попадали под чары. А попасть под чары вейл – то же самое, что выпить приворотного зелья: абсолютно теряешь самообладание. Порой некоторые даже не могли связать при мне и двух слов в самом прямом смысле.
Единственной близкой душой всегда оставалась моя младшая сестра Габриель. Мерлин не даст мне солгать, мы понимаем друг друга без слов, ведь только она и я знаем, каково наше положение. Когда становилось особенно тяжело, мы просто садились вместе у камина и подолгу сидели, обнявшись, и смотрели на огонь. Даже тогда наши глаза оставались сухими: вейлы обделены и ещё одной чисто человеческой привилегией – слезами. Они не могут плакать по той простой причине, что у них нет ни души, ни чувств. Обычных вейл это обстоятельство не особенно беспокоит, а мы вынуждены переживать любую боль внутри себя.
Вы спросите, как же моя мать? А что она? Её «человечности» хватило лишь на то, чтобы не бросить нас, как в своё время это сделала бабушка, и не уехать на родину, в Болгарию, где вейлы живут колониями. Я её совсем не знаю, как и она не знает своих детей. Нас, фактически вырастил дед, а после его смерти, я стала для Габриель почти что матерью (разница в возрасте у нас приличная – десять лет) Мать ни йоты не вложила в наше воспитание. Но, не смотря ни на что, мне её всё же жаль: у неё недостаточно чувств, чтобы любить, но это не значит, что у неё их нет совсем. Когда погиб наш отец, она заперлась у себя в комнате, несколько дней ничего не ела, ни с кем не разговаривала. А потом неожиданно привязалась к Габриель (она была его родной дочерью, а меня Пьер удочерил, когда мне было два года, но всё же он заменил мне кровного отца, которого я никогда не знала). Она постоянно ходила за ней, пыталась как-то приласкать, сказать что-то. Но вейлы воспитывают детей как общих и никогда не питают к ним какие-то чувства.
Именно тогда я поняла, что, возможно, её положение ещё хуже нашего. Она смутно чувствует потребность любить, но не знает, как это делается, словно домашнее животное, которое, кажется, всё понимает и безумно хочет заговорить с хозяином и не может. Но как у животного недостаточно разума, так и у нашей матери, слава Мерлину, не было достаточно чувств, чтобы осознать весь ужас своего положения. Она чем-то напоминает мне маленького ребёнка, который вот-вот заговорит. С той только разницей, что у ребёнка это временно, а у неё – навсегда. Она – наша с Габриель семья, и мне действительно приятно возвращаться домой после года учёбы, хотя мы с ней никогда не сможем быть близки.
Когда пришло время отправлять меня в школу, мой дед лично встретился с мадам Максим, директором Шармбатона. Я не знаю, о чём они говорили, но я склонна думать, что о моих «особенностях» физиологии. Тем не менее, после я часто замечала, что она словно присматривает за мной, наблюдая, как я приживаюсь. А приживалась я плохо. В конце концов, возле меня осталась лишь стайка девчонок, которые есть в любом классе. Самовлюблённые дурочки, думающие лишь о своей причёске, о том, где какого парня можно подцепить и кто с кем ходит на свидания. Меня мало волновали их сплетни, но общалась я только с ними в силу тех самых «физиологических особенностей». В итоге все стали воспринимать меня как эгоистичную и абсолютно безмозглую особу, которая только и знает, что обольщать парней и сплетничать об однокурсницах. В общем, репутация у меня была, сами понимаете, не из приятных. Но ничто меня так не оскорбляло, как оценка моих умственных способностей. Однокашники так рьяно верили в созданный ими мой образ, что мало кто замечал, что я очень даже неплохо учусь. Вот почему многие недоумевали и даже негодовали, когда мадам Максим внесла моё имя в список тех, кто будет представлять Шармбатон на Турнире Трёх Волшебников в Хогвартсе. Отовсюду я слышала шипение завистников по поводу того, что «могли бы и получше кого-нибудь взять» и «что же она сделала, чтобы попасть в команду? Или у мадам Максим не та [слово под вопросом РКН 12/2022]?». Мерлин знает, сколько грязи я услышала в свой адрес! Но я всё вынесла и назло всем не отказалась от участия, за один год закончила сразу два курса и получила выпускной аттестат. Это было необходимо по нескольким причинам: во-первых, кандидаты на участие должны будут там прожить почти год (у нас правда была альтернатива окончить школу после Турнира, то есть на год позже всех остальных однокашников), а во-вторых, тому, кто будет избран, все эти знания очень даже пригодятся.
Я предвкушала превосходное приключение, а еще в тайне мечтала, что меня выберут чемпионом и тогда… тогда все они узнают, чего стоит Флер Делакур!…

Очень хочу получить отзывы и конструктивную критику по поводу первого кусочка моего скромного творения.

Неплохая идея взглянуть на внутренний мир потомка вейлы. Шутка про синдром вейлы понравилась )). Надеюсь, это потенциально оригинальное мини не перерастёт в банальное сопливо-сахарнyю размазню.

P.S. слово "охмурённого" выбивается из контекста, лучше заменить.

Поднимаю темку в замен той, что закрыла. Уважаемая Silentiuma, прошу Вас не повторять темки с фанфиками.

Всем-всем-всем, здравствуйте!
Огромное спасибо тем, кто окликнулся на мою просьбу о критике.
Что касается дважды открытой темки, прошу пардон, это - нелепая случайность.
Прежде, чем я выложу ещё кусочек, позвольте объясниться. Патронус справедливо упрекает меня в невыдержанности стиля, но я изначально хотела передать чувства героини, так сказать, изнутри. но без этого вступления было бы трудно понять причину подобных происшествий с Флер. Увы, попытка, может быть, вышла не совсем удачной, так что, пожалуйста, сильно не ругайтесь: я ещё только учусь.
Кому уж очень сильно претит, можете рассматривать части как разные фики. но, как я уже сказала, вторая часть не имеет смысла без первой.
Что ж, вроде всё сказала. затаив дыхание, приступаю...


И вот, я здесь. В чудесной карете мадам Максим полно места. Она и сама его немало занимает. Многие недоумевают о причине её столь внушительных размеров, но я склонна думать, что в её жилы явно попала кровь великана. Ну и ладно, что они свирепые монстры! Такими их сделали сами волшебники: вовсе необязательно было запугивать и истреблять их! Но мадам Максим мне очень нравится. Она такая темпераментная и в то же время сдержанная, величественная и одновременно изящная… словом, настоящая француженка. Всем, кто думает, что великаны не способны к волшебству, стоит посмотреть на нашего директора: она настоящий знаток не только заклинаний и трансфигурации, но ещё и имеет награду от министерства за изобретённое ею какое-то зелье из драконьей крови. Но что это я всё о ней.
Сейчас мы как раз пролетаем над западным Уэльсом. Мерлин, до чего же красивый остров! Только вот, наверное, жутко холодно здесь. А мы все в мантиях из тонкого шёлка.
Я обвела взглядом тринадцать человек, которые удостоились чести быть кандидатами в чемпионы Шармбатона. Восемь парней и шесть девушек, включая меня. Все самые-самые. Жан, например, не только великолепен в травологии, но и играет в квиддич. Натали – просто гений трансфигурации, а её подруга Элоди получила самые высокие баллы на экзаменах по ЗОТС и заклинаниям. Нечего сказать, сильные противники, они запросто могут быть избранными. Были здесь и другие: Рене и Мишель – двое, кто окончил школу с отличием, Луи, которому не хватило до этого всего нескольких баллов, Жюльен, просто грезивший зельями и их приготовлениями… Но мадам Максим говорила, что умственные показатели – не главное. Кубок будет выбирать отнюдь не самого умного, но самого достойного, то есть благородного душой и сердцем, трудолюбивого, отважного. А сами интеллектуальные способности помогут этому избранному пройти все испытания. Что ж, возможно, у меня даже есть шанс.
Но мы уже приближаемся. Вот даже видно столпившихся учеников у замка, до чего же он огромный!… Да, посадочка не из самых мягких. Выходим. Ой-ой-ой! Какой холод-то! Повяжу-ка шарф на голову, а то, чего доброго, простужусь прямо перед Турниром. Ага, очень вовремя: никто не успел заметить мою внешность. И слава Мерлину…ах, нет, какой-то мальчишка всё же заметил. Ну чего уставился! Не дорос ещё до магии очарования. Ой, а директор-то у них какой чудной: весь седой уже, а глаза совсем по-молодецки озорно поблёскивают. Внутрь? Ну, наконец-то, а то у меня уже кожа пупырышками покрылась.
Брр!… до сих пор мороз по коже. А в замке тоже ничего. Всё, конечно, в строго английском стиле: тёмные коридоры, факелы, всё из камня, портреты, гобелены и эти доспехи. Мне куда больше по душе наши деревянные, словно лесные, особнячки на территории Шармбатона, построенного по образцу Версаля. Зимой мы, само собой, живём в замке. Но лишь только наступает потепление, мы переезжаем в свои усадьбы. А до чего приятно вдыхать вечером запах разогретой пихты, а утром шагать по ещё покрытой росой траве в замок на первую лекцию…
Но Хогвартс по-своему уютный, хотя мне и непривычен этот стиль. А вот и их большой зал… ого!.. действительно большой. Четыре ряда столов…ах, да, у них же четыре факультета-дома. Куда присядем? Ну, ладно, можно и за этот. Что это тут на флаге над ним? Орёл? Что ж, хорошо, что не сели за тот, где змея. Ненавижу змей и прочих скользких гадов. Мерлин, да у них золотые кубки и блюда! Вот только почему они пустые?…
Проклятые руки! До безумия хочу потрогать шершавую и тёплую, как мне почему-то кажется, крышку стола: я так люблю деревянную мебель, а у нас в Шармбатоне всё, в основном, из лёгкого металла и мрамора, либо обито тканью. Но мои руки отказываются двигаться! Я уже чувствую, как мой нос сморщивается, словно от мерзкого запаха, а губы кривит презрительная усмешка.
Это не ускользнуло от взгляда Натали Де Голль. Она с крайней неприязнью покосилась в мою сторону и, наклонившись, прошептала что-то своей подруге. До меня донеслись явно не скрываемые реплики: «безмозглая курица» и «вечно на что-то жалуется». Мне до ужаса хотелось отвесить кому-то хорошего пинка, но вместо этого моё неподражаемое тело просто выразило полное презрение и крайнее равнодушие. Может оно и к лучшему, как раз в это время зал начал заполнятся студентами.
Ой, не может быть, это же… Виктор Крам? Сам Виктор Крам? Невероятно, неужели ему всего семнадцать?!… нет, зря он сел за этот стол! А это ещё что за белобрысый? Ну и гнусная у него рожа! Ха, думаешь, Крам не видит, что ты из себя представляешь!
Ну что же всё так долго! А вот и мадам Максим. Ну, что у этих англичан за манеры?!..
Их директор идёт к столу, а они сидят… да ещё и над нами насмехаются. Ничего смешного! Сели. Ну что ж…
Вот их директор приветствует нас, а как тепло он улыбается! Наверное, он и внутри такой же тёплый…
О, МЕРЛИН!!! Ну почему эти мерзкие губы презрительно хихикают?!! Замок ведь действительно очень комфортабельный. Но нет же, моему дорогому телу и здесь нужно выделиться и унизить гостеприимных гостей. Ах, да, чуть не забыла, и сразу же настроить их против себя. У меня же мало недоброжелателей, пусть будут теперь и в Англии! Ну, конечно! Так я и знала: вон, как они сразу все ощетинились!
Мне как никогда сейчас захотелось хотя бы покраснеть, но вопреки моему крайнему негодованию я просто продолжала сидеть с самым, что ни на есть невозмутимым видом.
Ненавижу свою кровь! Ой, а вот и блюда. Ничего себе доставка. Ух, я так голодна, что, кажется, съела бы целого гиппогрифа! Даже жарко что-то стало, надо шарф снять.
Нет, только не это! Как же я сразу не подумала: стоило только паре глаз пристально посмотреть на мои волосы, как тут же проснулся «охотничий инстинкт».
Нет, куда же прутся эти ноги! Чего им на месте-то не сиделось?! Ну, конечно! обязательно нужно было идти за буйябесом чуть ли не через весь зал, особенно учитывая, что это блюдо есть и на моём столе!
Что? Ах, какая же я вежливая! Аж тошно становиться! Само собой, тише говорить и не вихлять так бёдрами было нельзя… что ж, теперь каждый пялится на меня, как ненормальный. Любимое развлечение вейлы: очаровывать не одного-двух, а сразу толпу людей.
Настроение препаршивое! Чего не скажешь по моему внешнему виду: губы усердно посылают улыбки, а глаза то и дело перехватывают чей-то одурманенный взгляд.
Ну и ладно! Что мне, привыкать что ли? Так же всегда было, ничего неожиданного.
Зато еда здесь просто отличная. Не то, что в Шармбатоне. Я не жалуюсь, конечно, там тоже неплохо кормят. Это по всей стране принято: есть только здоровую пищу. Но мне больше по душе совсем другое!
Наконец то! Директор встал, говорит что-то… когда же уже внесут кубок? И чего это у них у всех такие напряжённые лица? Они что, ничего не знают ни о правилах, ни об обычаях? Нет, я, конечно, понимаю, что Турнира очень давно не было, но неужели их учителя ничего им до этого не рассказали? Точно, вон, распинается. Но это же нечестно! Почему им ничего раньше не говорили? Что, и даже о возрасте не предупреждали? Это уж, чересчур!
Бедные, как же они расстроились! Только эти двое рыжих чего стоили… ох, чует моё сердце, не оставят они этого так: больно уж у них коварные лица.
Ну, когда уже там в дверях рассосётся эта пробка? Я ведь уже спать хочу. Повара в этой школе просто волшебники: так готовят, что после еды хочется ни о чём не думать и только отдыхать. Я, наверное, даже в мантию свою потом не влезу… слава Мерлину, прошли наконец.
Брр! Только и вправду холодно очень. А трава уже вся в инее, так хрустит под ногами, будто по сахарным леденцам идёшь. Ой, поскорее бы в тепло…
Всё-таки мадам Максим – молодец: наколдовала такие удобные постели в дорожной карете. Тепло, мягко… спать, спать…


Всё. Ну, в смысле, это ещё не конец, но теперь отдаю себя под ваш, надеюсь, справедливый суд.

Ну, в этом кусочке стиль ещё более менее... хотя, лично мне кажется, что стоит разбавить какими-то более "осмысленными мыслями", прошу прощения за тафтологию, а то как-то все слишком сумбурно, как будто у Флер в голове настоящий кавардак... Конечно, он там есть, но в связи другим)) Короче, ты меня поняла!

И вот ещё:

Вэнди – просто гений трансфигурации, а её подруга Стэйси получила самые высокие баллы на экзаменах по ЗОТС и заклинаниям. Нечего сказать, сильные противники, они запросто могут быть избранными. Были здесь и другие: Рене и Мишель – двое, кто окончил школу с отличием, Льюис, которому не хватило до этого всего нескольких баллов, Жюльен, просто грезивший зельями и их приготовлениями…

Маша, нет таких французских имен Замени

Ну и ещё нужно проверить получше орфографию и пунктуацию

А так - хорошо)

Шлю всем пламенный привет и вместе с ним ещё кусочек про "задаваку-Флер".

Что, уже утро? Такое ощущение, что я спала всего пару часов. Надо написать своё имя на пергаменте, сейчас пойдём бросать их в кубок.
Опять трава хрустит. А небо то какое у них светлое, даже не голубое, а какое-то прозрачное.
Можете не верить, но моей самой заветной мечтой всегда было желание увидеть настоящую северную зиму. Говорят, что там, когда приходят холода, всё становится словно хрустальным, ветер носит маленькие колкие снежинки и солнце слепит, отражаясь голубыми огоньками… Вот только сейчас я почему-то тру голубой от холода нос и прячу застывшие руки. Да, Флер Делакур, тебе только на север и ехать, когда ты даже в Англии мёрзнешь…
Что ещё? А, опять Жан. Когда же он от меня отстанет? Даже моё ненаглядное тело уже дало ему понять, что он не в моём вкусе. Ой, ещё и Рене с Мишелем. Да что же это такое! Чувствую себя как самка собаки, у которой… ну, в общем, неважно. Ещё и эти из Хогвартса. Таращатся.
Скажите, почему все особи так сказать сильного пола думают, что это именно они, те, кто непременно должен развеять моё одиночество. Да я именно из-за них даже не могу им «пострадать»: нигде прохода не дают! Они, наверное, вбили себе в голову, что у красивых девушек мыслительный процесс происходит с большими нагрузками на весь организм. Вот и не оставляют одну, чтобы много не думала и не переутомилась. Фу, скоты. Даже мерзко. Но что-то меня несёт уже. Остынь, Флер, не все же они такие, как и мы не все идиотки. Ладно, потороплюсь-ка я внутрь.
Наконец то пришли. Ух, ты! Какие искры он выпускает, когда в него пергамент бросаешь!
Я так волнуюсь. А что если он мне моим именем в лицо плюнет?! Я же просто сгорю со стыда, а две этих задаваки будут потом меня на всю школу прославлять. Моя очередь уже близко. О, Мерлин! Мерлин!..
Сделано! Ура!. Что ж, Вэнди, Стейси, посмотрим, кто кого! Скорее бы вечер!…

Мне кажется, что я сижу на раскалённых углях! До чего же медленно тянется ужин. Как же можно вообще что-то есть в такой момент! Скорее бы.
Мерлин, начинается! Ну, скорее уже!
У меня от волнения пересохло во рту, а ладони, напротив, стали влажными. Кто же?
Крам, ясно. Так и должно было быть. Он всё-таки молодец: уже столько всего добился.
Ах, вот оно!..
ДА!!! Не может быть, Мерлин, не может быть!!! Неужели это я – чемпион?!? Какая твёрдая походка, изумительное спокойствие. А у меня такое чувство, что я вот-вот упаду в обморок! Что там? Ох, посмотрите на них, обе сидят и, никого не стесняясь, прямо рыдают. Зато теперь вся школа будет знать, что Флер Делакур не «безмозглая курица»!
Внутри меня всё онемело: мне хотелось бы закричать, но я чувствовала, что мои голосовые связки не в силах издать даже какой-нибудь самый захудалый писк.
Как же долго ещё идти! Да ещё ноги так медленно вышагивают, меня и так уже вся школы разглядела! Наконец то!
Небольшая такая комната, портреты кругом, улыбаются, а камин до чего красивый…уютно.
Крам стоит, хмурый как всегда. А вот и третий чемпион. Симпатичный. И глаза какие-то… очень уж внимательные. Странно, на меня смотрит, а даже рот не раскрыл. Бывает ли так? Или это уже чары хворают?
Да что там такое твориться? Почему так долго? Мальчик какой-то…
Да это же Гарри Поттер! Как же я его сразу не узнала.
Спрашиваю, неужели нужно вернуться в зал. Дура, ну не будут же тебе Его на побегушках держать. Что-то лицо у него больно испуганное, не убили ли там в зале кого-нибудь… ну что он смотрит на нас с таким ужасом, хоть бы одно слово сказал. А, идёт кто-то. Ну, слава Мерлину, организаторы.
ЧТО?!?..
Это невозможно!!! Так не бывает, чтобы в Турнире ТРЁХ Волшебников участвовало ЧЕТЫРЕ человека. Это, наверное, неудачная английская шутка? Как это, нет?!..
Что я там говорю? Действительно, он ещё мал! Да ему же не больше тринадцати!
Меня настигло такое негодование: но ведь это же просто напросто нечестно! И по отношению к нам, и к болгарам, да даже к их собственному чемпиону!
- О, мадам Максим, они говорят, что этот маленький мальчик тоже примет участие!
Надо же, я это вслух сказала! Но я впервые согласна со своим телом: я так зла, что даже не замечаю, что некоторые слова выговариваю по-французски.
Что это значит? Вот именно, хотелось бы мне знать! Что, негодный мальчишка с первого дня нарушает правила? Что ж, неудивительно, что он пошёл на обман!.. Да и сейчас врёт!
Ну чего отпираться-то, раз поймали.
Ах, правила! Ну, конечно, самый простой повод допустить от своей школы двоих участников… ой, какой же он всё-таки страшный, а этот его глаз!
ЧТО? ПРОТЕСТ?!?..
- Ему чего делать протест? Палец о палец не стукнул, и чемпион! Мы много месяц трудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы. За тысяча галлеон многие готовы отдать их жизнь!
О, Мерлин! Моё лицо…нет, только не сейчас! Нужно немедленно успокоиться, иначе превращусь в гарпию прямо здесь и забросаю всех огнём!..
Так, Флер, дыши глубже, уже лучше. Никто не заметил? Вроде, нет: никто не раскрыл рот, ничьё лицо не кривит отвращение. Ладно, главное, чтобы приступ гнева не повторился снова.
Всё-таки участвует? Мерлин, что же делается! Не хочу ни минуты оставаться в этой комнате!
Как это не волноваться, мадам Максим! Это же крайняя несправедливость: мало им было, что Турнир на их территории, так ещё и двух участников выставили. Мы их обойдём? Ну, конечно, обойдём. Раз они жульничают, то и нам тоже можно!
Что уставились, завистницы? Да плевала я сейчас на все ваши взгляды! Сейчас поскорее бы одной остаться!
А что-то мальчик счастливым-то особо не выглядел. Даже наоборот. И зачем ему это? Дело ведь не столько в возрасте, задания и вправду могут быть очень опасными, они не под силу будут ученику младше шестого курса. Но кто же это, если не он? Не будь дурой, Флер, не хотят же его и впрямь убить! Больно уж экзотический и долго действующий метод! Но Гарри Поттер, конечно… никогда уж не слышала, чтобы он особой славы искал, наоборот, вроде, говорят, стеснительный он. Да и недоброжелатели у него посерьёзнее, чем Натали и Элоди. Но всё равно обидно! Что-то не укладывается в голове. Всё, Флер, спи уже! Тебе теперь от страха за свою шкуру трястись надо: ещё неизвестно, что к первому туру приготовил...

Уважаемые посетители, настоятельно просим вас воспользоваться книгой жалоб и предложений.

Silentiuma, Маааашаааа... повторяю, измени имена))
Подробный отзыв позже)

А мне, может, такие нравятся! =)) Ладно-ладно, изменю. Но мне сейчас почему-то ни одно французское имя в голову не лезет. не предстоящий ли во вторник экзамен тому виной? Может, сама что-нибудь придумаешь для любимой подруги
Только не те, что мы на уроке брали, ладно?

Silentiuma,

Только не те, что мы на уроке брали, ладно?

А чем тебе Элоди не нравится? Хорошее такое имя! Жульет, Натали, Мари и Надин, наконец!