Название: Пока нет.
Автор: я.
жанр: приключения, драма, роман.
Время: 7 курс и два года спустя.
Пейринг: Гарри\Джинни, Гермиона\Рон.
Рейтинг: PG 15
Саммари: После смерти Дамблдора Гарри изменился. Его гложет постоянное чувство вины. Его лучшие друзья не могут ничем помочь. В его голове рождаются разные мысли, он не знает, что делать и какой путь выбрать.
*Название пока не придумала* PG - 15, макси.
-
Germiona Graynger
- Ученик
- Сообщения: 237
- Зарегистрирован: 26 окт 2005 14:27
*Название пока не придумала* PG - 15, макси.
Слизерин 3 курс
Загонщик.
Загонщик.
-
Germiona Graynger
- Ученик
- Сообщения: 237
- Зарегистрирован: 26 окт 2005 14:27
1 глава.
- Гарри, Гарри! Тебе плохо? – раздался встревоженный голос Гермионы. Девушка подбежала к черноволосому юноше, сидящему за столом в Большом Зале. У семикурсников было окно, и все разошлись кто куда: некоторые отправились на озеро, другие в библиотеку, подавляющая же часть, сидела сейчас здесь, в Большом Зале, делая уроки или просто читая. Гарри, бледный как мел, покрытый холодным потом, сидел на скамье, словно в трансе. Глаза полуприкрыты, очки съехали на кончик носа, с щёк исчез обычный румянец, - Гарри! – крикнула Гермиона над самым его ухом, заставив парня вздрогнуть, - Что с тобой? – встревоженно спросила девушка, садясь рядом с ним.
Гарри молчал, поджав тонкие губы, тяжело дыша. Он вытер пот со лба, закрыв лицо руками. Потом посмотрел на Гермиону, которая серьёзно вглядывалась в его лицо.
- Опять? – тихо спросила девушка, - Опять этот кошмар?
Гарри сглотнул, кивнув головой. Гермиона провела рукой по его волосам, убирая прилипшие прядки с мокрого лба.
- Может, тебе следует сходить к МакГонагалл?
- Нет. – твёрдо сказал Гарри, пододвигая к себе листы пергамента и учебник, лежащие на столе.
- Почему? Гарри, этот сон не покидает тебя с лета! Тебе нужна помощь!
- Нет. – ещё твёрже ответил Гарри, открывая сумку и складывая туда вещи.
- Тебе надо сходить к кому-то из профессоров! Понимаешь, это необходимо! Теперь, когда Дамблдора нет…, - она остановилась, посмотрев в глаза Гарри. Они замерли, смотря друг на друга. Гарри резко отвернулся, поспешно кидая пергаменты и учебники в сумку, - Извини, я…
- Гермиона! Ничего не говори, прошу тебя!
- Ты не можешь жить с грузом вины на плечах! Ты не виноват! Послушай, ты не виноват!- Гермиона тронула его за плечо. Гарри вскочил со скамьи, повесив сумку на плечо.
- Гермиона! Отстань! Слышишь? Не лезь ко мне в душу! – Гарри развернулся и быстрым шагом пошёл к дверям.
- Постой! – крикнула девушка, но парень не услышал, а может, не захотел услышать её. Только ученики удивлённо подняли брови, некоторые хмыкнули, другие покрутили пальцем у виска, увидев старшекурсницу, плачущую на горе книг.
Гарри быстро шёл по коридорам, почти бежал. В глазах плескалась ярость, но в душе было сожаление. Он добежал до туалета плаксы Миртл, вошёл туда и встал около зеркала, изучая своё отражение. На него смотрел высокий, красивый темноволосый парень с тонкими чертами лица, изумрудными глазами, шрамом в виде молнии на лбу, который и сделал его знаменитым (шрам, а не лоб).
- Чёрт…, - прошептал парень, смотря, как из неплотно закрытого крана течёт тоненькая струйка холодной воды. Подставив под неё руку, он наблюдал, как она разливается по ладони, питая клетки. Он жалел о том, что обидел Гермиону, свою лучшую подругу. Закрыв глаза, он представил, как они вместе искали философский камень, как она помогала ему разгадать секрет Тайной комнаты, как они спасали Сириуса… , - Сириус, - с болью сказал Гарри.
В последнее время жизнь парня становилась всё мрачней. Эти кошмары, мучающие его почти каждый день, с каждым разом становились всё реальнее, письма МакГонагалл, которая настойчиво навязывала парню свою идею продолжить дело Дамблдора и выступить против Волан-де-Морта, надоедали постоянной регулярностью. Конечно, Гарри чтил память старого волшебника, но теперь он всё больше сомневался, а сможет ли он в решающий миг не отступить? Сможет ли крикнуть то заклинание, которое убило всех друзей и близких, авада кедавра? Сможет ли? Гарри думал об этом, с ненавистью вспоминая Тёмного Лорда, его узкие красные зрачки, чёрный плащ…Его уже нельзя было назвать человеком, он был монстром.
- Но ведь он и сделал меня знаменитым, подарив этот шрам. – прошептал Гарри, проводя кончиком пальца по отметине,- Но он и убил моих родителей! – Гарри сел на холодный пол, поджав под себя ноги, - Я боюсь, О Мерлин, я не могу… Я не найду оставшиеся крестражи, не смогу убить лорда… . – он заплакал, сняв очки. Слёзы покатились по лицу, капая с подбородка на пол, на одежду, на руки парня. В памяти всплыл отрывок из последнего письма профессора МакГонагалл, которая теперь стала директором.
Гарри, ты должен найти в себе силы победить зло, вставшее у нас на пути. Ты надежда светлых магов. Ты – избранный. Помни, что от тебя зависит будущее нашего магического мира.
Тучи сгущаются, всё ближе подступая к нашим вратам. Тебе дан дар, который осветит наш путь.
Я надеюсь, что мы найдём крестражи, где бы они не были спрятаны. Мы отдадим жизни за других. Знай, Орден Феникса с тобой! Помни, чем больше сила, тем больше ответственность…
Парень успокоился, обняв руками коленки. Он уткнулся в них носом, думая о том, что написала профессор. Ворох мыслей копошился в голове, казалось, что всем им не найдётся места. Гарри сидел неподвижно минут десять. Потом он одел очки, встал и, отряхнув джинсы, вышел из туалета, подумав: «Надо поговорить с Роном».
Рон сидел в библиотеке, рядом с Джинни. Оба были красные, под стать гриффиндорским флагам. Рон, с растрепанными волосами, был раздражён, Джинни хихикала, закрывая рот ладошкой.
- Джинни, повторяю, если ты, ещё хоть раз, опустишь меня перед девушкой, с которой я хочу познакомиться, сказав, что у меня карликовый пушистик на заднице наколот, то…- начал Рон шёпотом, не отрывая взгляда от тетради, разрисованной мётлами и мячами.
- то что? Что будет? - насмешливо спросила брата Джинни, красивая рыжеволосая девушка.
- Я не знаю…Но тебе будет плохо! – угрожающе сказал Рон, что ещё больше рассмешило Джинни. Она стала просто пунцовой, сдерживая смех, распиравший рёбра.
- Ой, не смеши меня, - выдавила она из себя, вытирая рукавом слёзы, брызнувшие из глаз.
Две шестикурсницы, сидевшие недалеко, наблюдая за спором прислушивались к беседе, стараясь разобрать слова.
Рон замолчал, обернувшись, и увидел их. Они помахали ему ладошками, улыбнувшись и показав белоснежные зубы. Потом одновременно прыснули, заставив Рона сильно смутиться.
- Смотри, даже они надо мной смеются…, - разочарованно протянул он, насупившись.
- Не расстраивайся, - наигранно сказала Джинни, гладя брата по спине.
Рон промолчал, но скосил взгляд, попытавшись увидеть тех двух девушек. В это время вошёл Гарри.
- Привет! – радостно сказал Рон, пожав другу руку. Две девушки, минуту назад, хохотавшие, вмиг стали серьёзными, женственными, деликатными, бросая чувственные взгляды в сторону Гарри, который, поцеловав Джинни, сел рядом на свободный стул. Рон ухмыльнулся, увидев их реакцию: обиженные лица и надутые губки, бросил:
- Девушки, вы в пролёте, - оставшись довольный собой, обернулся к Гарри, который в обнимку сидел с Джинни.
- Гарри, Гарри! Тебе плохо? – раздался встревоженный голос Гермионы. Девушка подбежала к черноволосому юноше, сидящему за столом в Большом Зале. У семикурсников было окно, и все разошлись кто куда: некоторые отправились на озеро, другие в библиотеку, подавляющая же часть, сидела сейчас здесь, в Большом Зале, делая уроки или просто читая. Гарри, бледный как мел, покрытый холодным потом, сидел на скамье, словно в трансе. Глаза полуприкрыты, очки съехали на кончик носа, с щёк исчез обычный румянец, - Гарри! – крикнула Гермиона над самым его ухом, заставив парня вздрогнуть, - Что с тобой? – встревоженно спросила девушка, садясь рядом с ним.
Гарри молчал, поджав тонкие губы, тяжело дыша. Он вытер пот со лба, закрыв лицо руками. Потом посмотрел на Гермиону, которая серьёзно вглядывалась в его лицо.
- Опять? – тихо спросила девушка, - Опять этот кошмар?
Гарри сглотнул, кивнув головой. Гермиона провела рукой по его волосам, убирая прилипшие прядки с мокрого лба.
- Может, тебе следует сходить к МакГонагалл?
- Нет. – твёрдо сказал Гарри, пододвигая к себе листы пергамента и учебник, лежащие на столе.
- Почему? Гарри, этот сон не покидает тебя с лета! Тебе нужна помощь!
- Нет. – ещё твёрже ответил Гарри, открывая сумку и складывая туда вещи.
- Тебе надо сходить к кому-то из профессоров! Понимаешь, это необходимо! Теперь, когда Дамблдора нет…, - она остановилась, посмотрев в глаза Гарри. Они замерли, смотря друг на друга. Гарри резко отвернулся, поспешно кидая пергаменты и учебники в сумку, - Извини, я…
- Гермиона! Ничего не говори, прошу тебя!
- Ты не можешь жить с грузом вины на плечах! Ты не виноват! Послушай, ты не виноват!- Гермиона тронула его за плечо. Гарри вскочил со скамьи, повесив сумку на плечо.
- Гермиона! Отстань! Слышишь? Не лезь ко мне в душу! – Гарри развернулся и быстрым шагом пошёл к дверям.
- Постой! – крикнула девушка, но парень не услышал, а может, не захотел услышать её. Только ученики удивлённо подняли брови, некоторые хмыкнули, другие покрутили пальцем у виска, увидев старшекурсницу, плачущую на горе книг.
Гарри быстро шёл по коридорам, почти бежал. В глазах плескалась ярость, но в душе было сожаление. Он добежал до туалета плаксы Миртл, вошёл туда и встал около зеркала, изучая своё отражение. На него смотрел высокий, красивый темноволосый парень с тонкими чертами лица, изумрудными глазами, шрамом в виде молнии на лбу, который и сделал его знаменитым (шрам, а не лоб).
- Чёрт…, - прошептал парень, смотря, как из неплотно закрытого крана течёт тоненькая струйка холодной воды. Подставив под неё руку, он наблюдал, как она разливается по ладони, питая клетки. Он жалел о том, что обидел Гермиону, свою лучшую подругу. Закрыв глаза, он представил, как они вместе искали философский камень, как она помогала ему разгадать секрет Тайной комнаты, как они спасали Сириуса… , - Сириус, - с болью сказал Гарри.
В последнее время жизнь парня становилась всё мрачней. Эти кошмары, мучающие его почти каждый день, с каждым разом становились всё реальнее, письма МакГонагалл, которая настойчиво навязывала парню свою идею продолжить дело Дамблдора и выступить против Волан-де-Морта, надоедали постоянной регулярностью. Конечно, Гарри чтил память старого волшебника, но теперь он всё больше сомневался, а сможет ли он в решающий миг не отступить? Сможет ли крикнуть то заклинание, которое убило всех друзей и близких, авада кедавра? Сможет ли? Гарри думал об этом, с ненавистью вспоминая Тёмного Лорда, его узкие красные зрачки, чёрный плащ…Его уже нельзя было назвать человеком, он был монстром.
- Но ведь он и сделал меня знаменитым, подарив этот шрам. – прошептал Гарри, проводя кончиком пальца по отметине,- Но он и убил моих родителей! – Гарри сел на холодный пол, поджав под себя ноги, - Я боюсь, О Мерлин, я не могу… Я не найду оставшиеся крестражи, не смогу убить лорда… . – он заплакал, сняв очки. Слёзы покатились по лицу, капая с подбородка на пол, на одежду, на руки парня. В памяти всплыл отрывок из последнего письма профессора МакГонагалл, которая теперь стала директором.
Гарри, ты должен найти в себе силы победить зло, вставшее у нас на пути. Ты надежда светлых магов. Ты – избранный. Помни, что от тебя зависит будущее нашего магического мира.
Тучи сгущаются, всё ближе подступая к нашим вратам. Тебе дан дар, который осветит наш путь.
Я надеюсь, что мы найдём крестражи, где бы они не были спрятаны. Мы отдадим жизни за других. Знай, Орден Феникса с тобой! Помни, чем больше сила, тем больше ответственность…
Парень успокоился, обняв руками коленки. Он уткнулся в них носом, думая о том, что написала профессор. Ворох мыслей копошился в голове, казалось, что всем им не найдётся места. Гарри сидел неподвижно минут десять. Потом он одел очки, встал и, отряхнув джинсы, вышел из туалета, подумав: «Надо поговорить с Роном».
Рон сидел в библиотеке, рядом с Джинни. Оба были красные, под стать гриффиндорским флагам. Рон, с растрепанными волосами, был раздражён, Джинни хихикала, закрывая рот ладошкой.
- Джинни, повторяю, если ты, ещё хоть раз, опустишь меня перед девушкой, с которой я хочу познакомиться, сказав, что у меня карликовый пушистик на заднице наколот, то…- начал Рон шёпотом, не отрывая взгляда от тетради, разрисованной мётлами и мячами.
- то что? Что будет? - насмешливо спросила брата Джинни, красивая рыжеволосая девушка.
- Я не знаю…Но тебе будет плохо! – угрожающе сказал Рон, что ещё больше рассмешило Джинни. Она стала просто пунцовой, сдерживая смех, распиравший рёбра.
- Ой, не смеши меня, - выдавила она из себя, вытирая рукавом слёзы, брызнувшие из глаз.
Две шестикурсницы, сидевшие недалеко, наблюдая за спором прислушивались к беседе, стараясь разобрать слова.
Рон замолчал, обернувшись, и увидел их. Они помахали ему ладошками, улыбнувшись и показав белоснежные зубы. Потом одновременно прыснули, заставив Рона сильно смутиться.
- Смотри, даже они надо мной смеются…, - разочарованно протянул он, насупившись.
- Не расстраивайся, - наигранно сказала Джинни, гладя брата по спине.
Рон промолчал, но скосил взгляд, попытавшись увидеть тех двух девушек. В это время вошёл Гарри.
- Привет! – радостно сказал Рон, пожав другу руку. Две девушки, минуту назад, хохотавшие, вмиг стали серьёзными, женственными, деликатными, бросая чувственные взгляды в сторону Гарри, который, поцеловав Джинни, сел рядом на свободный стул. Рон ухмыльнулся, увидев их реакцию: обиженные лица и надутые губки, бросил:
- Девушки, вы в пролёте, - оставшись довольный собой, обернулся к Гарри, который в обнимку сидел с Джинни.
Слизерин 3 курс
Загонщик.
Загонщик.
-
Доктор Рукиноги
- Ученик
- Сообщения: 326
- Зарегистрирован: 22 авг 2004 23:35
- Откуда: Grodno, Belarus
- Контактная информация:
Ну, что за глупости? Выкладывать фик у которого даже названия ещё нет? А план есть? А задумка стоящая есть? Такое даже нет смысла читать.
Просто это "не придумала" - уже традиционная вывеска над плохим фиком. Советую поскорее от неё избавиться - иначе это привлечёт множество злорадным критиков.
Просто это "не придумала" - уже традиционная вывеска над плохим фиком. Советую поскорее от неё избавиться - иначе это привлечёт множество злорадным критиков.
Если быка трудом уморят -
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Маяковский
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Маяковский
) Это ведь самое легкое в таких опусах - придумать название. Самое серьезное, на мой взгляд, упущение.-
Silentiuma
- Новичок
- Сообщения: 39
- Зарегистрирован: 03 апр 2006 11:30
-
Whale
- Новичок
- Сообщения: 97
- Зарегистрирован: 31 авг 2004 15:04
- Откуда: Новосибирск
- Контактная информация:
...В глазах плескалась ярость, но в душе было сожаление.
*восхищённо сопит*
О да. О да-да-да.
Классический Мой Первый Фик by Маленькая Девочка.
*сопит дальше*
*восхищённо сопит*
О да. О да-да-да.
Классический Мой Первый Фик by Маленькая Девочка.
*сопит дальше*
Так все-таки, с точки зрения субьективного экзестенциализма, возможно ли изоморфное преобразование аскариды болотной в тринитрооксид магния? (с)
